Владимир Джаралла: Перемены необходимы

7 Сентябрь 2017 450

Начинается новый политический сезон, а за ним и предвыборная кампания, в которой Крыму предстоит сыграть не последнюю роль. Об особенностях крымского политического поля, проблемах взаимодействия власти и общества и неиспользованных политических потенциалах полуострова корреспонденту «Крымской правды» рассказал политический эксперт, политолог Владимир Джаралла.

- Очередная волна кадровых ротаций большого ажиотажа уже не вызывает, зато вызывает сомнения в своей конечной эффективности. Убирают первых лиц, в некоторых случаях - вместе с заместителями, но непосредственные исполнители остаются. Группы влияния, проводящие на посты своих людей, никуда не деваются. Можно ли считать, что начатая сейчас «чистка рядов» чем-то отличается от предыдущих и каков её потенциальный эффект?

- Самое распространённое ощущение от этих отставок, даже несмотря на то, что о них было объявлено ещё в середине лета, - недоумение. Как известно по предыдущим отставкам, таких причин обычно две - либо полный провал работы в регионе, либо подозрение в коррупции. В данном случае эти причины не просматриваются. Официальные пояснения никто не принимает во внимание, и это означает, что информационная политика в регионе не эффективна. Сигналы от власти к обществу не доходят, поэтому кадровые перемены производят впечатление хаотических действий. Но что более тревожно - никто не надеется, что эти перестановки станут импульсом, толчком для ускорения процессов преобразований во всех сферах жизни Крыма.
А именно эти ожидания доминируют в настроениях людей. И ещё печальнее, что нынешнюю ситуацию в регионе люди всё чаще и чаще характеризуют словом «болото». Энергичные и резкие действия властей не приносят результата, а словно вязнут, тонут, засасываются окружающей действительностью, ничего не меняя. Анализ ситуации в крымском сообществе приводит к выводу, что перемены изнутри маловероятны, и импульс преобразований может прийти лишь извне. Без этого ситуация будет оставаться стабильной, с постепенным накоплением противоречий и ростом напряжения. Разумеется, это - без учёта факторов неожиданных, которые просчитать невозможно по определению.

- Если рассматривать эту чистку в качестве некой «генеральной уборки» перед вступлением в предвыборную кампанию, можно заметить, что ни авторитет главы республики, ни даже воля партийного руководства для местных руководящих кадров не являются абсолютной ценностью, когда речь заходит о потере кресла. Один из свежих примеров - Феодосия.
С другой стороны, выстраивание жёсткой вертикали абсолютного подчинения убивает инициативу на местах и в итоге ставит под сомнение необходимость процедуры выборов. Проще сразу назначить «надёжного человека» и требовать от него точного выполнения указаний сверху. Есть ли тут разумная «золотая середина»?

- Вообще-то всё, что закручивается вокруг местного самоуправления, все эти идеи о создании некоей вертикали власти, изменении территорий вызывают большие сомнения, потому что нарушают, ни много ни мало - Конституцию и федеральное законодательство о местном самоуправлении России. Так что, надеюсь, в таком виде, как они озвучиваются, их никому в голову не придёт реализовывать. Законодательство о местном самоуправлении России по-настоящему шикарно в плане прав и возможностей муниципалитетов, организации форм управления, учёта местной специфики. Избранный крымскими властями вариант самоуправления вполне был работоспособен, но сработал человеческий фактор. Не покидает чувство, что избирательные списки в местные органы власти формировались по случайному принципу, люди, которые в итоге прошли во власть, оказались в большинстве своём просто не знающими, что вообще такое местное самоуправление. Хуже были лишь коммерчески настроенные избранники. Именно с этого уровня и стали поступать первые позорные новости об арестах при получении взяток. В итоге мы видим, что муниципальная власть, наиболее близко расположенная к людям и предназначенная для решения их самых насущных проблем, фактически не работоспособна, люди предпочитают обращаться сразу на региональный уровень. Вмешательство вышестоящих властей выглядит, может быть, и эффектно, но постоянно работать в таком режиме невозможно. К тому же региональные власти не имеют полномочий влиять непосредственно на действия местных властей, их воздействие косвенное - путём прямого контакта по партийной линии и авторитета власти как таковой. И настаёт момент, когда местные чиновники осознают, что вообще-то управы на них нет, из-за чего и следуют истории с отзывом заявлений и даже исков в суд о восстановлении в должностях. Правда, в итоге им же становится хуже. Но, наверное, это и стало причиной появления идей о выстраивании вертикали власти, которые выглядят странными.
Тем не менее перемены необходимы. К примеру, отставка главы Симферополя оказалась неожиданной, потому что в неё уже никто не верил. Но и особой радости от произошедшего не наблюдается, так как жители столицы уже вывели грустную закономерность: каждый новый городской голова оказывается хуже предыдущего. Причина в том, что на этом посту не нужен сильный управленец-политик, нужна зависимая фигура, за спиной которой можно осуществлять различную деятельность. В итоге мы приходим к выводу, что именно на местном уровне власти назрела необходимость перезагрузки - лучше всего через досрочные выборы. Но тут мы сталкиваемся с тем, что политическая монополия делает реальной возможность того, что произойдёт просто «перетасовка» одних и тех же лиц. Однако даже в этом смысле выборы были бы полезны, потому что позволили бы власти столкнуться с реальным положением дел и отношением к себе, а людям - высказать всё, что накипело, решив попутно многие из своих проблем.

- Ответ на ставший уже за три минувших года философским для Крыма вопрос: какие кадры для Крыма лучше - «местные» или «приезжие», пока что на практике звучит как «оба хуже». Выращивать патриотов нужно достаточно долго, а занимаются этим нынешние элиты, прививая вольно или невольно те же взгляды или привычки, которых придерживаются сами. Так что вряд ли можно надеяться, что кадровая проблема со временем решится сама собой. Где же выход?

- А выход давно известен. Это политическая конкуренция. Уже давно замечено, что власть портит самого хорошего человека, а уж обычного - и подавно. К примеру, в победе Овсянникова на предстоящих выборах губернатора Севастополя никто не сомневается. Но эта победа достанется нелегко, потому что главным соперником его стал собственный антирейтинг. Начав в условиях максимального благоприятствования любым своим шагам, он показал себя чиновником, но не политиком. В условиях доминирования одной силы и отсутствия оппозиции главный инструмент в поисках поддержки населения - прямой и искренний диалог, а его так и не возникло. Что забавно, его окружение - не только почти полностью «пришлые», но ещё и люди, которых характеризуют как либералов по убеждениям. Однако в повседневном управлении они использовали и используют привычные административные методы воздействия на общество.
С иронией можно заметить, что не зря наш народ интуитивно не доверяет либералам, небезосновательно подозревая их в лицемерии.
В Республике Крым противоположная картина: вроде бы доминируют консерваторы патриотического склада. Но итог не намного лучше. Политическое поле зачищено, подлинной оппозиции нет, информационная политика существует, кажется, для самой себя, без учёта настроений и интересов людей, а реальные проблемы копятся и прорываются в тех или иных кризисах, оказывающихся для власти полной неожиданностью.
Появление альтернативы облегчит ситуацию. Дискуссии заставят говорить о проблемах, люди смогут оценивать кандидатов, выбирая понравившихся, и это будет заставлять тех, кто у власти, быть эффективнее, а тех, кто хочет их сменить, заставит совершенствоваться.
Мы прекрасно знаем базовые принципы: выбор 2014 года остаётся незыблемым, мы вернулись домой, и «Путин - наш президент!». Всё остальное можно и нужно обсуждать, критиковать или соглашаться. И вот тогда политическая конкуренция сделает политсистему стабильной и эффективной, независимо от того, кто будет в этот момент у власти - «варяги» или «местные».

- Общественность, зачастую выступающая как пресловутый «глас народа», вопреки расхожему мифу далеко не всегда и не во всём права. Кроме того, наиболее активные общественники далеко не всегда «независимы» и нередко связаны с теми или иными околополитическими группами - часто из тех, кого принято называть «либералами» (им любая критика приятна, и только у самых тупых не хватает ловкости не винить в крымских «негораздах» самого президента, фигура которого для крымчан практически священна, потому что неразрывно связана с возвращением на Родину).
С другой стороны, «карманная общественность», опекаемая властью, мягко говоря, малоэффективна. Каковы перспективы возникновения в Крыму настоящих патриотических НКО, о желательности которых говорил президент?

- Возникновение НКО, о которых вы говорите, тесно связано с получением денежных грантов, а тут есть сугубо технический момент - борьба за них сильнейшая, и на уровне столицы провинциалам бороться с уже набившими руку и имеющими связи непросто, часто приходится довольствоваться положением «младшего партнёра». Но учиться этому процессу, оттачивать локти в борьбе необходимо. Другое дело, что это - лишь часть, важная, но часть общественного процесса. На протяжении 2017 года возникли надежды, что в Крыму общественники окажутся способны на самоорганизацию и перейдут на иной уровень деятельности. Возникли и исчезли. Здесь тоже сработал пресловутый человеческий фактор - личные амбиции и запросы каждого перевесили общественные интересы. Всё закончилось, по сути, не начавшись.
Тем не менее, общественники Крыма и Севастополя заняли свою нишу: достаточно посмотреть, как нервно власти - что в Крыму, что в Севастополе - реагируют на их активность. Однако вместо выполнения функций клапана для спуска напряжения, источника связи между властью и обществом они в большинстве своём превратились в «вещь в себе», существуя «ради того, чтобы быть». Отдельно стоит упомянуть о некоторых персонажах и неких анонимных группах, которые явно являются частью технологий, используются для слива компромата или ведения информвойны. Называть их общественниками несколько неправильно, но и они полезны для власти, не имеющей других соперников. Таким образом, сфера общественной активности в Крыму и Севастополе весьма развита и выполняет свою функцию «противовеса власти», но большего от неё ожидать не приходится, собственно политическую работу она заменить не может.

- Главенствующая роль правящей партии во всех сферах жизни, пожалуй, оправдана. Тем более что у Крыма уже есть исторический опыт абсолютного доминирования одной партии. Самой партии и местной парторганизации, сумевшей поставить работу достаточно эффективно, это - безусловный плюс. Но есть и минусы в таком устройстве политической жизни. Система «абсолютный лидер и маргиналы» не подразумевает межпартийной конкуренции и чревата возникновением внутрипартийных оппозиционных групп и фракций. Примеры чему можно найти в истории ВКП(б), КПСС и украинской Партии регионов. Ну а партии-«маргиналы», свободные от какой-либо ответственности за судьбу страны, привыкают кормиться критикой и постепенно деградируют идейно. Понятно, что искать выход из положения и доказательства своего права на место в политической жизни заинтересованы именно оппозиционные партии. Но, может быть, стоит дать им пару дружеских советов, как стать полноценной конструктивной оппозицией?

- Ну кое-что уже было сказано. Начинать политическую деятельность на полуострове следует с учётом двух базовых тезисов. Первый: Крым вернулся в Россию навсегда, выбор 2014 года сомнению не подлежит. Второй: «Путин - наш президент», фигура этого человека является объединяющей, а сделанное им за эти годы позволяет сказать, что равных ему в настоящее время нет. Всё остальное и всех остальных можно и даже нужно обсуждать. Понятно, что наиболее перспективной сейчас является идея социальной справедливости, вот только нужно понимать, что просто технически её использовать, на уровне лозунгов, не удастся, она требует большой и серьёзной работы.
Вопрос о кадрах сложен. С одной стороны, «пришлые» свободны от любых местных ограничений, условностей, с другой - не знакомы со специ-
фикой. «Местные» - наоборот, разбираясь в местных раскладах, часто не готовы идти на острое противостояние, а без этого политики нет, если играть в неё серьёзно.
Также следует быть готовым к противодействию со стороны правящих сил. Выхолостив и поставив под контроль все прочие политические силы на полуострове, они не будут воспринимать спокойно появление серьёзно работающей политической группы или партии. Начнётся давление - как на местном уровне, так и с попытками выхода на центральные органы такой силы в Москве. И тут первостепенным станет вопрос команды, тех людей, которые собрались бороться за власть. Всё это непросто, но другого способа изменить ситуацию на полуострове, похоже, нет. Весь вопрос в том, есть ли такие люди и такие силы, способные на настоящую политическую борьбу и деятельность.
Подводя итог, могу сказать, что мы уже живём с вами в новой российской реальности, она не хуже и не лучше того, что было нам известно, она - другая. И возможности перед участниками открываются намного большие, достаточно посмотреть, как успешно интегрировались в федеральные структуры многие активные крымчане. Потому, как пели в годы нашей юности, «мы ждём перемен», точнее, уже сами в них участвуем.

Николай ФИЛИППОВ.