Георгий Мурадов: Снятие блокады Крыма - задача федерального уровня

9 Июнь 2021 354
Георгий Мурадов.
Георгий Мурадов. Фото Александра КАДНИКОВА.

Об угрозах безопасности, преградах на пути к экономическому процветанию республики рассказал корреспонденту «Крымской правды» заместитель председателя Совета минист­ров Республики Крым - постоянный представитель Республики Крым при президенте Российской Федерации Георгий МУРАДОВ.

- Начнём с «дежурного» воп­роса, который вам уже, вероятно, надоел: что мешает развитию внешнеэкономических связей Крыма? Во времена СССР США не признавали советскими республики Прибалтики, но это ни на что не влияло. У нас ситуация иная. К сожалению.

- Вопрос, признавать ли российский статус Крыма, действительно, присутствует во внешнеэкономических отношениях. В том числе и в отношениях с нашими ближайшими партнёрами по Евразийскому экономическому сотрудничеству. И этот воп­рос, безусловно, ставится, но должен быть, на мой взгляд, ещё более жёстко поставлен российской стороной перед нашими государствами-парт­нёрами. Мы союзники или не союзники? Если мы союзники, никто не вправе ставить под сомнение территориальную целостность России. Даже - через внешнеэкономические вопросы. Это моя позиция, я считаю, что эта тема заслуживает самого пристального внимания. Но такие вопросы должны решаться на федеральном уровне, на уровне республики мы их не решим.

- У нас и полномочий таких нет. Но обсуждать внешнеполитические проблемы нам никто ведь не запрещает.

- Совершенно верно.

И эта тема такого формата не единственная. Все санкции, которые приняты против нас, требуют решительного противодействия. Потому что речь идёт не просто о блокаде Крыма или запретах поездок крымчан почти во все страны Европы, кроме Сербии. Большинство европейских стран сегодня входит в НАТО и ЕС, и они лишают крымчан свободы передвижения. Это прямое нарушение этими странами конвенций и принципов, связанных с правами человека и в частности правом на свободу передвижения. Причём такие документы, гарантирующие право на свободу передвижения, приняты ими самими в рамках Евросоюза. Одной рукой пишут, другой нарушают. Эти решения ЕС нарушают все европейские правовые документы, начиная от Хельсинкского заключительного акта 1975 года и кончая многими внутренними регламентами Евросоюза, ПАСЕ, ОБСЕ.

То есть, они напрямую разрушают принципы международного права и делают это умышленно. И когда на международных площадках эти вопросы мы остро перед ними ставим, они ёжатся, морщатся, отключают микрофоны нашим представителям.

Из этого непризнания российского статуса Крыма группой западных стран вытекает целый комплекс проблем не только для Крыма, но и для самих этих стран. Российская Федерация ввела свои контр­меры. И как вы знаете, мы это не раз на международных конференциях озвучивали (вместе, кстати, с теми же европейцами) потери Европы в этой «санкционной войне» в разы больше, чем потери Российской Федерации. По данным спецдокладчика Совета ООН по правам человека Идриса Джезайри, совокупные потери Запада от санкций  составили 100 млрд. долларов, что в 2 раза больше, чем потеряла Россия. Те же цифры использовал и министр иностранных дел России Сергей Лавров в интервью испанской газете «Эль Паис». То есть, они, образно говоря, больно ударили себя по ноге кувалдой.

- Однако нас они всё-таки тоже ударили.

- Не будем лукавить, негативы имеются. В частности, нам мешает отсутствие нормальной системы расчётов в европейской и американской валюте. То есть, в евро и долларах рассчитываться невозможно, хотя большая часть мира ведёт расчёты именно в этих валютах. Но мы можем работать в рублях, юанях, рупиях и так далее.

- Нас ещё и отечественные крупные банки дискриминируют.

- Я неоднократно говорил о том, что надо брать пример с авиаторов, которые консолидированно и единовременно (это два ключевых слова) стали работать в Крыму. И никаких санкций, заметьте. Потому что как невозможно в международном воздушном пространстве «выключить» огромную Россию с её территорией, так же невозможно из мировой экономики выключить нашу страну с её колоссальными энергетическими запасами, металлами, в том числе редкими, без которых миру не выжить. Если заходят все вместе, ничего не происходит.

Авиакомпании полетели в один день. Ещё раз подчёркиваю: консолидированно и единовременно. И никаких санкций никто не смог ввести. Не просто не захотел, а именно не смог - из экономических соображений. То же самое было бы, если бы в Крым зашли работать все наши банки и корпорации. Просто этого никто не делает, ссылаясь на санкционные угрозы. Я не представляю себе ситуации, при которой Европа и мир вдруг бы отказались в один день от получения наших нефти, газа, металлов, всего остального и сломали бы систему расчётов с Россией за всю внешнюю торговлю. Такого просто они не выдержат. Выживаемость России гораздо выше, чем безресурсной Европы. У государства есть инструменты воздействия на бизнес. Решить этот вопрос на крымском уровне мы не можем. Значит, нам надо его решать на федеральном уровне.

- Самое время теперь вспомнить о народной дипломатии. Люди едут к нам в том числе из тех стран, которые наш российский статус публично «не признают». Но много ли от этого толку? Политику своих стран определяют отнюдь не они.

- Вы говорите «мало толку», а я говорю «много толку». И вот почему. Во-первых, самая главная сегодня составляющая информационной войны это незнание реалий. Доведению информации до людей способствуют общест­венная дипломатия и туризм. К общественной дипломатии мы относим и делегации видных политических деятелей, в том числе парламентариев, бывших членов правительств разных стран. Даже отставные премьер-министры к нам приезжали, как вы помните: Юкио Хатояма (Япония), Сильвио Берлускони (Италия). Визиты таких политиков конечно вызывают широкий резонанс.

И они говорят правду о том, что увидели мирную жизнь Крыма, что народ живёт гораздо лучше, чем это было раньше.

Они говорят правду о том, что возвращение в Россию было решением народа Крыма, что об этом свидетельствуют изученные ими документы, это им рассказали представители всех национальных общин. Опровергают, что тут притесняют крымских татар. Обо всём этом говорят наши гости, потому что они в этом убеждаются на практике - на основании ими лично увиденного и услышанного. Пишут честные книги и статьи о Крыме.

В этой ситуации бизнес, туризм и общественные деятели - это три союзника и, как говорится, три составные части истины о нашей Тавриде.

При этом я подчеркну, что туристов с Украины приезжает всё больше - уже миллион четыреста тысяч было в 2019 году. И все они едут назад и рассказывают правду: их здесь никто не обижает, к ним относятся с уважением и любовью. Это - тоже народная дипломатия! Поэтому официальный Киев уже не знает, как бы это всё запретить, чтобы украинцы сюда не ехали, никакой правды не видели и миру потом не рассказывали. Из Европы всё больше и больше приезжает общественных деятелей и туризм, несмотря на создаваемые Западом препятствия, начинает развиваться. Устойчиво растёт туристический поток из стран Азии - на первом месте у нас Китай. Из стран СНГ тоже рост - из Белоруссии, Казахстана. И наконец, бизнес, представители которого приезжают на такие форумы как ЯМЭФ, туристический форум, на промышленные и сельскохозяйственные выставки - это тоже каналы донесения правды о жизни сегодняшнего Крыма и его безусловных успехах. Цифры показывают, что Крым - самый быстро развивающийся регион России. Конечно, мы выполняем сейчас Федеральную целевую программу развития Крыма, понятно, что это государственные инвестиции работают.

- Таких вложений Крым никогда не видел, об этом первые лица республики неоднократно говорили…

- В 2,4 раза увеличился валовый региональный продукт за 6 лет - с 2013-го по 2019 год. Это очень внушительная цифра. Да, таких вливаний, конечно, Крым не видел.

И я вам скажу так. Сейчас ещё кажется - ну что такого, дорогу построили. Вот что конкретно народу от этой дороги? А дорога - это «ствол ёлки», вокруг которого будут нарастать «ветки» и «шишечки» и «шарики золотые», очень полезные для всего нашего сообщества. На этом начинают зарабатываться базисные средства. Любой инвестор, который идёт в ту или иную страну, регион, спрашивает: «А как там с инфраструктурой?». Если туда ничего не привезёшь, если туда не долетишь и не доедешь, инвестор работать там отказывается. Мы сейчас создаём основу для долгосрочного инвестирования. Пока ещё мы не видим большого притока частных инвестиций. Идут в основном государственные капиталовложения. Но этот период завершается и дальше наступает период инвестиционного развития Крыма.

То же самое касается и внешнеторговой деятельности. Пока мы создаём основу, для того чтобы наработать экспортный потенциал. Давайте говорить прямо: экспортный потенциал упал резко после 2013 года. Начиная с 2014-го, он пошёл вниз. Я уже говорил о тех причинах, которые связаны с расчётами, добавлю, что заблокированы наши порты. Железнодорожный мост построили, теперь надо модернизировать в Крыму железную дорогу. Она пока в плачевном состоянии.  Пропускная способность дорог и мостов весьма высокая. Но в Крыму куда эти грузы везти? К портам, из которых уже должна осуществляться транспортировка всей этой продукции, которая не только в Крыму, а по всей России производится, на зарубежные рынки. Пока ещё эта логистическая система не заработала. И это, кстати, тоже вопрос федерального уровня. Потому что мы должны сделать так, чтобы и крымская железная дорога стала частью РЖД, и порты наши крымские должны стать частью Росморпорта. И тогда это всё начнёт себя оправдывать, модернизироваться и развиваться.

Вот это всё мотивы, которые по темам моей компетенции, как человека, занимающегося международной и внешнеэкономической деятельностью и имеющего большой опыт федеральной работы (посольский опыт и опыт работы в Правительстве Москвы, где я за внешнеэкономическую деятельность столицы отвечал, и всё что построено с иностранными инвестициями в Москве в нулевые годы так или иначе проходило при моём участии). Я хочу, чтобы эта вся система заработала в Крыму. Поэтому решать вопросы надо будет серьёзно и обстоятельно. Это долговременный путь, по щелчку пальцев всё не тронется с места. Но мы это должны сделать, и мы это сделаем. Потому что это напрямую связано с доходами и благосостоянием наших жителей. А благополучие людей - это наша главная забота.

- Насколько американские санкции и политические провокации против Крыма критичны для реализации этих планов?

- Конечно, они создают возрастающую напряжённость.  Вы наверняка видите, что я всегда на них публично реагирую. Но реагировать с крымского регионального уровня недостаточно. Это вопросы, которые должны ставиться на федеральном уровне. И ставить их надо правильно. Вот что такое «Международная платформа по деоккупации Крыма»? Деоккупации от кого? Кто «виноват» в том, что Крым - российский? Народ Крыма. Проголосовал так. Вообще даже на Западе не сомневаются в том, что крымчане так проголосовали. Тысячи моих разговоров с их представителями это показывают! «Да, мы не сомневаемся». «Да, крымчане, наверное, так проголосовали». Так вот я и спрашиваю их, кто не сомневается: от кого вы собираетесь «деоккупировать», освобождать Крым?

- От нас.

- Да, от тех, кто так голосовал. И заселить Крым бандеровцами, например, натовские базы против России разместить.

- Этих планов никто из них и не скрывал, начиная с 90-х.

- Вот поэтому я честно и прямо задаю вопрос нашим оппонентам: вы хотите вое­вать? Считая, что у вас во много раз больше неядерных сил, а мы ядерное оружие не используем? Тогда я обычно напоминаю «постулат Путина»: а зачем нам мир без России? Мы будем использовать все имеющиеся в арсенале России средства. Они это знают и желание у них пропадает. Но они намерены продолжать экономическую войну, политику санкций, политику удушения, политику окружения России очагами конфликтов. Самый кровоточащий из них это Донбасс. Но сюда надо добавить и Приднестровье, и непризнанные западными странами Абхазию, Южную Осетию, и Карабах. А теперь и попытки перенести очаги напряжения в Среднюю Азию.

То есть, костры разложить вокруг России, её поджаривать и при этом экономически душить. И конечно же, если что-то будет происходить описанное, то очагом возгорания наши недруги планируют сделать наш Черноморско-Азовский регион, то есть наш дом. Поэтому мы должны заботиться о том, чтобы не дать этим военным очагам вспыхнуть. Это для меня главная задача. 

- Начнём с «дежурного» воп­роса, который вам уже, вероятно, надоел: что мешает развитию внешнеэкономических связей Крыма? Во времена СССР США не признавали советскими республики Прибалтики, но это ни на что не влияло. У нас ситуация иная. К сожалению.

- Вопрос, признавать ли российский статус Крыма, действительно, присутствует во внешнеэкономических отношениях. В том числе и в отношениях с нашими ближайшими партнёрами по Евразийскому экономическому сотрудничеству. И этот воп­рос, безусловно, ставится, но должен быть, на мой взгляд, ещё более жёстко поставлен российской стороной перед нашими государствами-парт­нёрами. Мы союзники или не союзники? Если мы союзники, никто не вправе ставить под сомнение территориальную целостность России. Даже - через внешнеэкономические вопросы. Это моя позиция, я считаю, что эта тема заслуживает самого пристального внимания. Но такие вопросы должны решаться на федеральном уровне, на уровне республики мы их не решим.

- У нас и полномочий таких нет. Но обсуждать внешнеполитические проблемы нам никто ведь не запрещает.

- Совершенно верно.

И эта тема такого формата не единственная. Все санкции, которые приняты против нас, требуют решительного противодействия. Потому что речь идёт не просто о блокаде Крыма или запретах поездок крымчан почти во все страны Европы, кроме Сербии. Большинство европейских стран сегодня входит в НАТО и ЕС, и они лишают крымчан свободы передвижения. Это прямое нарушение этими странами конвенций и принципов, связанных с правами человека и в частности правом на свободу передвижения. Причём такие документы, гарантирующие право на свободу передвижения, приняты ими самими в рамках Евросоюза. Одной рукой пишут, другой нарушают. Эти решения ЕС нарушают все европейские правовые документы, начиная от Хельсинкского заключительного акта 1975 года и кончая многими внутренними регламентами Евросоюза, ПАСЕ, ОБСЕ.

То есть, они напрямую разрушают принципы международного права и делают это умышленно. И когда на международных площадках эти вопросы мы остро перед ними ставим, они ёжатся, морщатся, отключают микрофоны нашим представителям.

Из этого непризнания российского статуса Крыма группой западных стран вытекает целый комплекс проблем не только для Крыма, но и для самих этих стран. Российская Федерация ввела свои контр­меры. И как вы знаете, мы это не раз на международных конференциях озвучивали (вместе, кстати, с теми же европейцами) потери Европы в этой «санкционной войне» в разы больше, чем потери Российской Федерации. По данным спецдокладчика Совета ООН по правам человека Идриса Джезайри, совокупные потери Запада от санкций  составили 100 млрд. долларов, что в 2 раза больше, чем потеряла Россия. Те же цифры использовал и министр иностранных дел России Сергей Лавров в интервью испанской газете «Эль Паис». То есть, они, образно говоря, больно ударили себя по ноге кувалдой.

- Однако нас они всё-таки тоже ударили.

- Не будем лукавить, негативы имеются. В частности, нам мешает отсутствие нормальной системы расчётов в европейской и американской валюте. То есть, в евро и долларах рассчитываться невозможно, хотя большая часть мира ведёт расчёты именно в этих валютах. Но мы можем работать в рублях, юанях, рупиях и так далее.

- Нас ещё и отечественные крупные банки дискриминируют.

- Я неоднократно говорил о том, что надо брать пример с авиаторов, которые консолидированно и единовременно (это два ключевых слова) стали работать в Крыму. И никаких санкций, заметьте. Потому что как невозможно в международном воздушном пространстве «выключить» огромную Россию с её территорией, так же невозможно из мировой экономики выключить нашу страну с её колоссальными энергетическими запасами, металлами, в том числе редкими, без которых миру не выжить. Если заходят все вместе, ничего не происходит.

Авиакомпании полетели в один день. Ещё раз подчёркиваю: консолидированно и единовременно. И никаких санкций никто не смог ввести. Не просто не захотел, а именно не смог - из экономических соображений. То же самое было бы, если бы в Крым зашли работать все наши банки и корпорации. Просто этого никто не делает, ссылаясь на санкционные угрозы. Я не представляю себе ситуации, при которой Европа и мир вдруг бы отказались в один день от получения наших нефти, газа, металлов, всего остального и сломали бы систему расчётов с Россией за всю внешнюю торговлю. Такого просто они не выдержат. Выживаемость России гораздо выше, чем безресурсной Европы. У государства есть инструменты воздействия на бизнес. Решить этот вопрос на крымском уровне мы не можем. Значит, нам надо его решать на федеральном уровне.

- Самое время теперь вспомнить о народной дипломатии. Люди едут к нам в том числе из тех стран, которые наш российский статус публично «не признают». Но много ли от этого толку? Политику своих стран определяют отнюдь не они.

- Вы говорите «мало толку», а я говорю «много толку». И вот почему. Во-первых, самая главная сегодня составляющая информационной войны это незнание реалий. Доведению информации до людей способствуют общест­венная дипломатия и туризм. К общественной дипломатии мы относим и делегации видных политических деятелей, в том числе парламентариев, бывших членов правительств разных стран. Даже отставные премьер-министры к нам приезжали, как вы помните: Юкио Хатояма (Япония), Сильвио Берлускони (Италия). Визиты таких политиков конечно вызывают широкий резонанс.

И они говорят правду о том, что увидели мирную жизнь Крыма, что народ живёт гораздо лучше, чем это было раньше.

Они говорят правду о том, что возвращение в Россию было решением народа Крыма, что об этом свидетельствуют изученные ими документы, это им рассказали представители всех национальных общин. Опровергают, что тут притесняют крымских татар. Обо всём этом говорят наши гости, потому что они в этом убеждаются на практике - на основании ими лично увиденного и услышанного. Пишут честные книги и статьи о Крыме.

В этой ситуации бизнес, туризм и общественные деятели - это три союзника и, как говорится, три составные части истины о нашей Тавриде.

При этом я подчеркну, что туристов с Украины приезжает всё больше - уже миллион четыреста тысяч было в 2019 году. И все они едут назад и рассказывают правду: их здесь никто не обижает, к ним относятся с уважением и любовью. Это - тоже народная дипломатия! Поэтому официальный Киев уже не знает, как бы это всё запретить, чтобы украинцы сюда не ехали, никакой правды не видели и миру потом не рассказывали. Из Европы всё больше и больше приезжает общественных деятелей и туризм, несмотря на создаваемые Западом препятствия, начинает развиваться. Устойчиво растёт туристический поток из стран Азии - на первом месте у нас Китай. Из стран СНГ тоже рост - из Белоруссии, Казахстана. И наконец, бизнес, представители которого приезжают на такие форумы как ЯМЭФ, туристический форум, на промышленные и сельскохозяйственные выставки - это тоже каналы донесения правды о жизни сегодняшнего Крыма и его безусловных успехах. Цифры показывают, что Крым - самый быстро развивающийся регион России. Конечно, мы выполняем сейчас Федеральную целевую программу развития Крыма, понятно, что это государственные инвестиции работают.

- Таких вложений Крым никогда не видел, об этом первые лица республики неоднократно говорили…

- В 2,4 раза увеличился валовый региональный продукт за 6 лет - с 2013-го по 2019 год. Это очень внушительная цифра. Да, таких вливаний, конечно, Крым не видел.

И я вам скажу так. Сейчас ещё кажется - ну что такого, дорогу построили. Вот что конкретно народу от этой дороги? А дорога - это «ствол ёлки», вокруг которого будут нарастать «ветки» и «шишечки» и «шарики золотые», очень полезные для всего нашего сообщества. На этом начинают зарабатываться базисные средства. Любой инвестор, который идёт в ту или иную страну, регион, спрашивает: «А как там с инфраструктурой?». Если туда ничего не привезёшь, если туда не долетишь и не доедешь, инвестор работать там отказывается. Мы сейчас создаём основу для долгосрочного инвестирования. Пока ещё мы не видим большого притока частных инвестиций. Идут в основном государственные капиталовложения. Но этот период завершается и дальше наступает период инвестиционного развития Крыма.

То же самое касается и внешнеторговой деятельности. Пока мы создаём основу, для того чтобы наработать экспортный потенциал. Давайте говорить прямо: экспортный потенциал упал резко после 2013 года. Начиная с 2014-го, он пошёл вниз. Я уже говорил о тех причинах, которые связаны с расчётами, добавлю, что заблокированы наши порты. Железнодорожный мост построили, теперь надо модернизировать в Крыму железную дорогу. Она пока в плачевном состоянии.  Пропускная способность дорог и мостов весьма высокая. Но в Крыму куда эти грузы везти? К портам, из которых уже должна осуществляться транспортировка всей этой продукции, которая не только в Крыму, а по всей России производится, на зарубежные рынки. Пока ещё эта логистическая система не заработала. И это, кстати, тоже вопрос федерального уровня. Потому что мы должны сделать так, чтобы и крымская железная дорога стала частью РЖД, и порты наши крымские должны стать частью Росморпорта. И тогда это всё начнёт себя оправдывать, модернизироваться и развиваться.

Вот это всё мотивы, которые по темам моей компетенции, как человека, занимающегося международной и внешнеэкономической деятельностью и имеющего большой опыт федеральной работы (посольский опыт и опыт работы в Правительстве Москвы, где я за внешнеэкономическую деятельность столицы отвечал, и всё что построено с иностранными инвестициями в Москве в нулевые годы так или иначе проходило при моём участии). Я хочу, чтобы эта вся система заработала в Крыму. Поэтому решать вопросы надо будет серьёзно и обстоятельно. Это долговременный путь, по щелчку пальцев всё не тронется с места. Но мы это должны сделать, и мы это сделаем. Потому что это напрямую связано с доходами и благосостоянием наших жителей. А благополучие людей - это наша главная забота.

- Насколько американские санкции и политические провокации против Крыма критичны для реализации этих планов?

- Конечно, они создают возрастающую напряжённость.  Вы наверняка видите, что я всегда на них публично реагирую. Но реагировать с крымского регионального уровня недостаточно. Это вопросы, которые должны ставиться на федеральном уровне. И ставить их надо правильно. Вот что такое «Международная платформа по деоккупации Крыма»? Деоккупации от кого? Кто «виноват» в том, что Крым - российский? Народ Крыма. Проголосовал так. Вообще даже на Западе не сомневаются в том, что крымчане так проголосовали. Тысячи моих разговоров с их представителями это показывают! «Да, мы не сомневаемся». «Да, крымчане, наверное, так проголосовали». Так вот я и спрашиваю их, кто не сомневается: от кого вы собираетесь «деоккупировать», освобождать Крым?

- От нас.

- Да, от тех, кто так голосовал. И заселить Крым бандеровцами, например, натовские базы против России разместить.

- Этих планов никто из них и не скрывал, начиная с 90-х.

- Вот поэтому я честно и прямо задаю вопрос нашим оппонентам: вы хотите вое­вать? Считая, что у вас во много раз больше неядерных сил, а мы ядерное оружие не используем? Тогда я обычно напоминаю «постулат Путина»: а зачем нам мир без России? Мы будем использовать все имеющиеся в арсенале России средства. Они это знают и желание у них пропадает. Но они намерены продолжать экономическую войну, политику санкций, политику удушения, политику окружения России очагами конфликтов. Самый кровоточащий из них это Донбасс. Но сюда надо добавить и Приднестровье, и непризнанные западными странами Абхазию, Южную Осетию, и Карабах. А теперь и попытки перенести очаги напряжения в Среднюю Азию.

То есть, костры разложить вокруг России, её поджаривать и при этом экономически душить. И конечно же, если что-то будет происходить описанное, то очагом возгорания наши недруги планируют сделать наш Черноморско-Азовский регион, то есть наш дом. Поэтому мы должны заботиться о том, чтобы не дать этим военным очагам вспыхнуть. Это для меня главная задача.

Николай ФИЛИППОВ.