Родная, семейная

11 Сентябрь 2017 403

«Газета в моей судьбе» - рубрика о вас, дорогие читатели, и о нас, «Крымской правде», готовящейся в феврале 2018-го отметить 100-летие, о нашей дружбе, проверенной годами и делами. Мы, газетчики, гордимся и дорожим каждым читателем, знаем, что так же дорожите и вы - подсказываете нам темы, становитесь соавторами, во все времена узнавали «своих» журналистов по первым строчкам, бережно храните чем-то дорогие вам номера газеты. Напишите нам, как давно ваша семья дружит с «Крымской правдой», кто первым выписал газету, как публикация повлияла на вашу жизнь, чем запомнились встречи с нашими журналистами. Просим откликнуться и людей, о которых в разные годы писала газета, а может, вы сами или ваши родные были нашими авторами - напишите. Может, у вас есть семейные фотографии, на которых «отметилась» и газета, или сохранились номера, которые чем-то вам дороги, - расскажите об этом.

- История нашей семейной дружбы с «Крымской правдой» началась ещё в далёком 1918 году, - написала нам Елизавета Ивановна из Симферопольского района. - Да, не удивляйтесь, ваша газета, «Таврическая правда» начала выходить ведь в Севастополе, а там служил мой дядя Павел - он был одним из тех революционных матросов, что устанавливали Советскую власть в городе и Крыму, и, как потом рассказывал мой отец, его младший брат, часто приносил первую большевистскую газету и называл её «Тавричка». Там писали даже о его ревбригаде - они дежурили на улицах и однажды смогли ночью предотвратить поджог большого дома: задержали поджигателя, когда он уже обильно облил парадный вход горючим. Мой отец, 19-летний парень, вместе с Красной Армией, с отрядом, который вёл через Сиваш проводник Иван Оленчук, в 1920-м освобождал родной полуостров от белогвардейцев. Остался работать в артели в Заречье под Симферополем и раз в неделю покупал на всех газету «Красный Крым» - грамотным был один из всех работников, до революции окончил церковно-приходскую школу с отличием. Чаще покупать, наверное, не мог, ведь вы сами в материале, посвящённом тому году, писали, что стоила газета 5 советских рублей. А у отца, женившегося на Анне, боевой подруге - медсестричке, уже первенец подрастал, да новое пополнение в семье ожидалось - всего пятеро детей у нас было, три брата и две сестры, я - самая младшая, последыш - поскрёбыш, как мама говорила.
Наша читательница вспоминает, что, как бы трудно ни жили, всегда в доме была любимая газета, сначала один номер в неделю покупали, потом подписываться стали.
- Газета очень помогала папе и маме в работе - отец в колхозе трудился, тракторист был знатный, да агроном-самоучка (лишь перед самой войной поступил в сельхозакадемию в Москве) - о нём тоже «Красный Крым» писал. Мама - фельдшером работала на селе, агитатор была, с газетой не расставалась, даже меня по ней читать учила. Я ещё до школы благодаря любимой газете все буквы знала. Помню, придут родители вечером, а я им скорее статью какую-нибудь по слогам читать начинаю - особенно любила вести из Москвы, она мне казалась какой-то необычной, великой. А ещё «Красный Крым» трижды писал о моих братьях и сестре. Старший Дима, помогавший отцу в поле, смог вырастить огромную тыкву - ваш фотокорреспондент приезжал, так брата всего за нею и поместил, лишь голова торчала. Снимок близнецов Оли и Вити вместе с одноклас-
сниками был проиллюстрирован в рассказе о том, как ребята школу окончили. А Ваня, мой самый любимый братик, стихи свои в «Красный Крым» принёс - напечатали. Это было уже, когда Великая Отечественная война началась, он только восьмой класс окончил, но так на фронт рвался фашистов бить: «Не быть Родине нашей под вражеским подлым гнётом, мы встанем стеной надёжной...». Ваня тогда стихи эти сам в редакцию носил, рассказывал потом, как внимательно его слушал заместитель редактора, кажется, Абрамом звали (Абрам Райчук. - Ред.), пообещал опубликовать стихи, а на просьбу помочь на фронт попасть, сказал: «я бы и сам рад на фронт, но наша служба сейчас, видно, здесь, фронт сейчас кругом. Одна борьба идёт». На фронт Ваня, юный симферопольский подпольщик, всё-таки попал - в 1944-м, когда Крым уже освободили, его мобилизовали в 51-ю армию. Он погиб при освобождении Латвии. И я так жалею, что в оккупацию, когда фашисты выгнали нас и соседей из дома, где разместили какого-то своего офицера, мы не смогли захватить фотографии и бумаги, в том числе статьи из газеты о родных, Ванины стихи - «весь хлам советский» враги сожгли, долго полыхал во дворе костёр со всеми нашими бумагами, соседка попыталась спасти из огня фотокарточку погибшего мужа, так её часовой застрелил. Так и не осталось у меня ничего, только память одна.
И теперь, когда получаю «Крымскую правду», всегда в первую очередь смотрю на медаль «За оборону Севастополя» и орден Трудового Красного Знамени - мне кажется, что не только газетные награды, но и наши семейные, ведь и обороняли, и трудились вместе с газетой. Так что «Крымская правда» для меня родная, семейная.
Вот такой историей поделилась наша читательница. А какую роль в вашей судьбе сыграла «Крымская правда»? Ждём ваши письма.

 Братское кладбище в Даугавпилсе (Латвия), за который погиб крымчанин Иван.

Наталья ПУПКОВА.