Были мариупольские, теперь - донецкие

3 Сентябрь 2022 657
Помогать людям можно не только деньгами, но продуктами и одеждой.
Помогать людям можно не только деньгами, но продуктами и одеждой. Фото автора.

Пункты временного размещения беженцев в Крыму всегда с людьми. По их географии можно узнать больше о специальной военной операции, чем из новостей. Постепенно беженцев из Мариуполя сменили те, кто бежит из Донецка.

Работаем даже ночью

60 человек в день - это мало. Так говорят сотрудники пунктов временного размещения на полуострове. Бывает и по 400 в день. Вот тогда действительно тяжело. А ещё тяжело, когда заканчивается волонтёрская помощь. Крымчане устают помогать…

Кажется, обычная школа, вот детская площадка, вот спортивная. Только детей почему-то мало. На самом деле, это ГБОУ РК «Джанкойская санаторная школа-интернат». Но сейчас вместо более чем 100 воспитанников здесь в основном взрослые. В пункте временного размещения беженцев они не улыбаются, подозрительно смотрят на прохожих и очень насторожены. Только дети всё также беззаботно относятся к миру - катаются на качелях, гоняют на самокатах и будто даже счастливы, что оказались в Крыму.

Некоторых постояльцев пункта временного размещения (ПВР) не видно и не слышно. Это пожилые люди, у которых нет родственников в Крыму. Волонтёры говорят, что это самые сложные случаи. Пожилой человек с трудом обслуживает себя, а помочь ему никто не может. Отправить в дом престарелых? Нужно ещё суметь договориться. Вот и остаются такие старики одни не в своём доме, среди чужих людей.

И всё же таких случаев мало. Намного больше здесь семей с детьми. Приезжают они часто ночью, голодные и уставшие. Сотрудники ПВР хотят накормить новоприбывших, но часто бывает нечем. Нет даже вермишели быстрого приготовления или питания для маленьких детей.

- Мы хотим накормить тех, кто приехал с Украины, из ДНР и ЛНР, многие ночью ездят, - говорит Ольга, сотрудница ПВР. - У нас смены суточные, с 8 до 8 утра. Но мы не жалуемся, многим намного тяжелее, чем нам. Лишь бы было, что дать людям…

Поездки ночью с Украины в Крым - самые опасные. Бывают трагичные случаи. Один мужчина вывозил из Запорожья всю семью. Ехал без отдыха, днём и ночью. В Крыму уснул за рулём и попал в аварию - мать мужчины погибла. Ему разрешили жить в ПВР, пока правоохранительные органы разбираются в ситуации. Теперь он один из «старожилов» ПВР - живёт тут с семьёй. 

Есть и хапуги

За спиной Ольги видны коробки, в которых лежат детские подгузники, предметы личной гигиены. Раньше волонтёры привозили помощь и раздавали её во дворе пункта временного размещения. Одни брали, сколько себе нужно и не больше. Другие набирали столько, что можно было продавать на рынке потом.

- Нам перестали привозить тот объём помощи, который был раньше. Думаю, в том числе из-за людей, которые брали больше, чем могли унести даже, - говорит Сергей, один из беженцев. - Вы представьте, что останавливается машина во дворе, условно с солью. Кто-то берёт одну пачку, а кто-то - десять. Волонтёры посмотрели на это раз, посмотрели на это два и стали приезжать гораздо реже.

Сергей говорит правду. Все беженцы, с которыми мы пообщались, утверждают, что условный имидж пункта временного размещения испортили такие беспардонные люди. Хотя есть и неоднозначные решения тех, кто раньше активно помогал.

- Моя подруга - очень активный волонтёр, она раньше возила беженцам еду и воду, а теперь только военным передаёт помощь, называет их «мальчишки» и «пацаны», - поясняет Анастасия Алексеева из Симферополя. - Знаю, что она отказалась помогать семье беженцев с тремя детьми, мол, мать не выходит на работу - она одна воспитывает троих. Но там дети все несовершеннолетние, младшему, кажется, 5 лет. Как их можно на весь день одних оставлять? А она сказала, что можно. И вообще, мол, лучше военным будет помощь привозить, чем беженцам.

Всё - только от волонтёров

В пунктах временного размещения вы не увидите довольных жизнью людей. Их нет. Здесь те, кто уехал из своих домов, бросил всё, что было. Остался без друзей и родственников. И далеко не все приехали в Крым, чтобы жить за государственный счёт - беженцам дают крышу над головой и кормят три раза в день.

- Послушайте, о каком курорте вы можете рассуждать? - говорит Мария из Донецка. - Я из Киевского района города, у нас стреляют очень активно. Когда снаряд попал в соседний дом, я взяла ребёнка и уехала. Решила поехать в Крым, так как тут есть знакомые. Вы ведь не понимаете, что такое остаться без близких людей рядом. Даже немного близких…

Мария пытается оформить документы, чтобы легально жить и работать в Крыму. Говорит, что удовольствие это недешёвое. Например, за перевод документов с украинского на русский язык некоторые дерут втридорога.

- Знаю по чату беженцев, что в Севастополе какая-то девочка бесплатно переводит всё беженцам, - вздыхает Мария. - В Крыму такое не встречала пока. Нужно сдавать разные анализы, проходить врачей, собирать бумаги. Всё это - трата времени и денег. У нас нет ни того, ни другого… те деньги, что я получила за гривны (все мои сбережения за пять лет), почти потрачены уже. И занять не у кого - здесь нет добрых соседей или давних друзей.

В пункте временного размещения в Джанкое пока просят не слишком много. Канцтовары и игры для детей, средства личной гигиены, даже обычные тазики для стирки. Это всё вещи, которые можно найти через тех волонтёров, которые продолжают помогать. Но что делать с человеческими душами? Как помочь тем, кто не знает, что делать дальше?

Ответа нет ни у кого. И пока беженцев относительно немного - не по 400 человек в день, а по 30-60. Но обстрелы Донецка продолжаются. Потенциальная возможность взятия Николаева существует. Это значит, что в Крым снова будут ехать люди с Украины. Только встречать их, кажется, будут всё с большим безразличием… 

Валентина БУЙЛОВА.