Сто лет республике

12 Октябрь 2021 692

Нынешний статус для Крыма (за исключением Севастополя, города федерального значения) не в новинку - в 1918-м, на полтора месяца, полуостров стал Советской Социалистической Республикой Таврида. А сто лет назад - Автономной Крымской Советской Социалистической (иногда упоминали Крымская Автономная Социалистическая Советская, или проще - КрымССР, Кр.С.С.Р.). Мы уже рассказывали, благодаря кому появилась республика, что говорилось в первой Конституции, как выглядели герб и флаг, и что стало с первыми руководителями региона. Впрочем, не менее трагичной оказалась и судьба их последователей, да и вообще молодость республики была тревожной.

О Кр.С.С.Р. и судьбе её лидеров

До первой пятилетки

В Советском Союзе, куда вместе с РСФСР входил и полуостров, пятилетние планы быстрого развития экономики появились с 1928-го, считалось, что к этому времени страна справилась с последствиями Гражданской войны и разрухи. А до этого времени Крым, в котором сполна ощутили и ту войну, и её последствия в виде цветных терроров, пытался выживать. Сто лет назад это приходилось делать в условиях голода и эпидемий. В начале 1921-го полуостров ещё активно помогал другим регионам, охваченным голодом, поезда с продовольствием уходили один за другим, но к лету стало понятно, что голодать придётся и самим. Накануне осенью засеяли слишком мало озимых, взошло ещё меньше, а уж весенние яровые и вовсе почти все погибли к уборке от набегов саранчи и мощнейшей засухи (потом им на смену пришли затяжные ливни, крысы, хлебная муха и долгоносики). Не стало хлеба, на 100% подорожали постное масло, сахар, крупы… И тысячи жизней погибших от голода потерял в первые свои два республиканских года многонациональный Крым.

Ещё тысячи погибли в то время от тифа, холеры, чумы, туберкулёза, скарлатины, кори, дифтерии, оспы - бушевали здесь эпидемии (даже проказа и ящур встречались), попавшие, как писала наша газета, тогда «Красный Крым», на «благодатную почву голода и антисанитарии». А ещё была масса беспризорников, ринувшихся на юг со всей страны и рост преступности, когда одно время убивали даже за корочку хлеба. Было страшно, тяжело, тревожно, но полуостров вместе с жителями нашёл в себе силы выстоять, развиваться. Вначале - незначительные, в общем-то, вещи: налаженная в Симферополе работа водопровода или подвоза труб для севастопольского, открытие бани, возрождение макаронной фабрики, открытие техникума в Керчи. Позже - запуск трамваев в столице, открытие крестьянского санатория в Ливадийском дворце и детского лагеря «Артек», установка первых буровых вышек для добычи крымской нефти. Проходили тревожные годы республики под руководством глав Крымского Центрального исполнительного комитета и Совета народных комиссаров республики. За первую десятилетку КрымССР их было восемь. И каждый вначале был, что называется, поднят на щит, а позже казнён сотоварищами.

Вели Ибраимов

Вели Ибраимов.

В августе 1924-го он стал вторым в истории республики председателем КрымЦИК, сменив Юрия Петровича Гавена. В отличие от предшест­венника, латыша, приехавшего на полуостров в 1917-м, Вели Ибраимович - коренной крымчанин, крымский татарин, родившийся в 1888-м в Бахчисарае. Подростком начал работать вначале грузчиком, позже - наборщиком в газете, которой руководил известный просветитель Исмаил Мустафаевич Гаспринский. У него будущий руководитель республики учился истории, литературе, языку и не только крымскотатарскому, но и русскому, французскому, турецкому, арабскому, и стихи свои печатал в этой газете.

В 1916-м стал председателем крымскотатарского рабочего союза, избирался делегатом мусульманских съездов и первого курултая. В Гражданскую войну, примкнув к большевикам, служил сотрудником особого отдела Всероссийской чрезвычайной комиссии на Кавказском фронте. Сто лет назад - один из тех, кто безуспешно просил Москву признать полуостров голодаю­щим регионом и отменить продразвёрстку, когда у крестьян изымались последние запасы. В ноябре 1921-го стал наркомом Рабоче-Крестьянской инспекции региона, позже возглавил Чрезвычайную тройку по борьбе с бандитизмом. Став главой КрымЦИК, выступал за возвращение из эмиграции соплеменников, переезд части крымских татар с Южнобережья в степные районы с наделением землёй и против массового переселения на полуостров евреев (свои, крымские, тогда составляли почти 7% населения региона) со всего Союза. Отчасти это удалось: возможно, и к лучшему - иначе спустя 15 лет, в 1941-м, жертв среди евреев, уничтожаемых фашистами, могло быть больше.

А в феврале 1928-го в Крыму начался громкий судебный процесс «над бандой террорис­тов и заговорщиков во главе с Вели Ибраимовым» - его к тому времени сняли с должности и исключили из партии. Началось всё с одиночного обвинения в убийстве, потом всё стало круче - группа и террористический акт, участие в бандитской шайке, растрата государственных средств. Специальная выездная сессия Верховного суда РСФСР приговорила его и проходившего по делу Мустафу Абдуллу, бывшего секретаря Общества содействия переселению и расселению татар, к расстрелу. Приговор привели в исполнение 9 мая 1928-го, а спустя 62 года, в 1990-м, они посмертно реабилитированы, дело прекращено за недоказанностью. Теперь улицы сразу в нескольких населённых пунктах республики, в том числе в Симферополе, носят имя Вели Ибраимова.

Осман Дерен-Айерлы

Осман Абдул Гани Дерен-Айерлы.

В мае 1924-го он сменил на должности председателя Совета народных комиссаров КрымССР казанского татарина Сахибгарей Саид-Галиева. Как и коллега по руководству республики, Осман Абдул Гани Дерен-Айерлы - коренной крымчанин, родившийся в 1898-м в Терен Айыр (ныне несуществующее село Глубокое) Симферопольского уезда. В Гражданскую войну руководил 5-м Татарским полком Крымской повстанческой армии (большевистские партизаны на ещё белогвардейском полуострове) и лично через белогвардейские посты армии Петра Николаевича Врангеля провёз в мешке с мукой будущего дважды Героя страны Ивана Дмитриевича Папанина, одного из создателей повстанческой армии, направлявшегося из Крыма за подкреплением и для доклада командующему Южным фронтом Михаилу Васильевичу Фрунзе.

После установления на полуострове Советской власти стал членом ревкома и секретарём татарского бюро обкома большевистской партии, был редактором нескольких национальных газет, а также руководителем Ялтинского исполкома. Советом народных комиссаров КрымССР поруководил всего два года - с 1924-го по 1926-й, снят с должности «за выпячивание национальных интересов над классовыми». Ещё три года удалось проработать в Татарской АССР на незначительных партийных должностях, позже на заводе в Нижнем Новгороде. Но в августе 1929-го партийные «крымские» чистки достали и Османа Дерен-Айерлы: вначале исключение из партии, потом арест и ссылка на Соловецкие острова. Приговор к смертной казни, вынесенный через год, всё же заменили на десятилетнюю каторгу. В 1935-м признавшего «свои ошибки» бывшего главу Совнаркома Крыма освободили, он прожил ещё 14 лет, но силы были подорваны каторгой…

Иван Папанин, помня доб­ро, добился посмертной реабилитации Османа Дерен-Айерлы, единственного из руководителей молодой Крымской автономии, которому удалось избежать расстрела. О других главах региона, кому не повезло, об успехах Кр.С.С.Р. - в следующем выпуске.

Фото из открытых источников.

Наталья БОЯРИНЦЕВА.