Последние залпы солдату Победы

27 Апрель 2021 469
Азат Григорян - друг «Крымской правды» и автора. Победитель в 19 лет.
Азат Григорян - друг «Крымской правды» и автора. Победитель в 19 лет.

Время неумолимо, увы… Чем дальше Великая Отечест- венная и Победа - выстраданная, завоёванная, гордая и вечная, тем, к сожалению, меньше остаётся героев, благодаря которым она, вот уже без малого 76 лет, есть у нас. Сколько им тогда было, младшим, вставшим под ружьё на фронтах… Азату Григоряну, Азатику, как единственного сына звала мама Мария Арутюновна, 17 всего исполнилось… В 19 он выстоял и победил, а в 94, 9 мая прошлого года, так радовался, когда под его окнами «целый военный оркестр - шутка ли 20 (!) человек» исполнил незабвенную «День Победы». Его Победы, той, что с друзьями из 12-й инженерно-сапёрной бригады салютовал в австрийском городке. «Наши последние залпы войны, - задумчиво говорил он. - Как радостно звучали - мы победили! И как грустно - не все, кто прошёл этот неимоверный путь, с нами, на этой земле, под этим солнцем, в этом зарождающемся мире…». Последние залпы теперь грустно прозвучали и в его честь, ровно за месяц до праздника Великой Победы Крым простился с ещё одним своим освободителем. А наша газета потеряла друга, верного подписчика, что «читал от заголовка до тиража», просто очень хорошего товарища Азата Артёмовича.

«Русский по духу»

Наверное, это пафосно, недостойно, но Азат Артёмович и мой друг, старший товарищ, мой фронтовик… Правилами надо бы написать «был», но сердцем не хочется - ведь остаётся всё равно рядом. Да, при наборе номера его телефона беспристрастный автомат что-то там говорит о недоступности абонента, и не слышишь уже его голос в реальности, добрый, ласковый, чуть с хрипотцой (как хорошо, всё же, что есть журналистский диктофон, хранящий записи рассказов, души тех, кто ушёл в вечность). Он называл сначала по имени-отчеству (какая всё же культура у этого поколения - даже к тем, кто более чем на полвека позже родился, они обращаются уважительно), потом попросил, а «можно просто по отчеству», для него это было чем-то сродни единству, что ли. Отчество, Отечество, Отчая земля - святые и дорогие слова для Азата Артёмовича, для всего его поколения, чуть старше, чуть младше... поколения Победителей.
Как поздно мы, не знавшие той войны, осознаём, что они победители - увы, не вечные в этом мире. Уходят в небеса, к родным, мамам, что ждали их возвращения тогда, молились, не верили похоронкам и извещениям, радовались солдатским треугольничкам; уходят к боевым друзьям, которых так много оставили на пути к Победе… Уходят, и ты понимаешь, что самое важное не спрошено ещё, не услышано, что им не сказано самого главного, что… Уже ничего не вернёшь, и голос при наборе номера телефона будет не родной, твоих фронтовиков, у Азата Артёмовича - с едва уловимыми армянскими нотками, а автоматический, бесстрастный, чужой. Останется память, останется его, так душевно подписанная, книга «Пламя моей жизни», созданная в 92 года, искренняя и добрая, фотографии, на одной совсем ещё мальчишка, лишь пушок пробился над верхней губой, погоны младшего сержанта, фуражка со звездой и медаль «За отвагу» на груди. Среди множества его наград - самая дорогая, солдатская, - за бои в Будапеште. Она всё же немного и за Крым - ведь туда, в Венгрию, на освобождение Европы, он с товарищами шёл в составе 51-й, крымской, армии - после победы над врагом здесь, «в Крыму, так напоминавшем мой родной армянский Ахалцих». Он считал себя «русским по духу, славянином», но никогда не забывал, что род его - армянский, долгое время был заместителем председателя Крымского армянского общества.
Мы, собственно, и познакомились благодаря этому - пришёл Азат Артёмович к «своему уважаемому другу редактору Михаилу Алексеевичу» и принёс памятную медаль имени Ивана Айвазовского - награду общества «журналисту, которого очень любят и ценят в КАО». Оказалось, что для меня принёс «за патриотизм и память» - так и познакомились официально. Неофициально с Азатом Артёмовичем знакомы были давно - каждое 13 апреля и 9 мая встречались у Вечного огня… «Наше святое место в городе, - говорил он, - для каждого симферопольца должно быть таким, Могила Неизвестного солдата».

«Сохраните, помните»

Симферопольцем Азат Григорян впервые стал 16 апреля 1944-го, когда вошёл в освобождённый город. Грустил, что пришлось «на костылях - осколочное ранение под Джанкоем», и радовался, что «всё больше в Крыму освобождённых городов и сёл». И письма маме писал из Крыма, тёплые, искренние, любящие. Мария Арутюновна для нашего земляка была самым главным человеком, «мой ангел-хранитель, что и в детстве спасла, и в войну вымолила у судьбы». Она совсем немного не дожила до его возвращения с войны… Самая горькая потеря в жизни Азата Артёмовича. Их у него было немало - первая в восемь лет, когда с отцом Артёмом Карапетовичем хоронили маленького братика, трёхмесячного Марлена, потом, уже в войну, похоронка пришла на старшего (по отцу) брата Левона - как он тогда, в декабре 1941-го, особенно на фронт рвался, но «лишь 16 исполнилось - не призвали ещё». А не воевать, когда Отечество страдает, Родина зовёт помочь, он не мог - всё же сын фронтовика Первой мировой, с гордостью рассказывал, что Артём Карапетович - участник знаменитого Брусиловского прорыва.
У самого Азата Григоряна после миномётно-пулемётного училища фронтовой прорыв был под Донецком (Сталино). И новые потери - «самая первая в бою, друг детства Мамед Таиров, я, всё ещё надеясь, тащил его к санитарной повозке, но два осколка в живот…». Сколько ещё потом пришлось моему фронтовику хоронить боевых друзей, скольких вынуждены были оставить на поле боя, когда служил пулемётчиком в 161-м стрелковом полку, сапёром в 12-й бригаде.
К крымским, 47 ребятам, с которыми в ноябре 1943-го строили мост через Сиваш, старался приезжать каждый год - цветы к памятнику клал и тихонько напевал для них любимую «День Победы».
Теперь там, на небесах, в лучшем из миров, они снова вместе, те, кто «шли за Родину в бой», те, кто ждали с войны хоть три слова, написанных родной рукой - «Жив, здоров, воюем». И свою любимую Верочку, Веру Константиновну, что в войну работала на военном заводе, тоже разыскал там, в вечности. Она у него всегда была в сердце - почти 65 лет вместе прожили, он ушёл через десять лет после неё… «Знаешь, я, наверное, живу теперь за них всех, чтобы они через меня, мои рассказы, живы были, - говорил Азат Артёмович, после того как 5 декабря прошлого года отметил 95-летие. - Но даже, если уйду, они ведь всё равно жить тоже будут, ведь это и их земля, их Победа - вы только сохраните всё, потомки, помните, что за вами те, кто победил самого страшного врага - фашизм»… Сохранить, помнить, для поколения победителей это самое главное.
И для этого в «Крымскую весну» 88-летний Азат Григорян настойчиво просил записать его в Народное ополчение - «ведь пулемётчик, сапёр, помню ещё, что и как». Он не расстроился, когда не взяли в боевые роты, стал в патриотической разъяснять землякам, что «мы пуповиной с Россией связаны» - ни одного митинга, встречи старался не пропускать - говорить, убеждать офицер, полковник в отставке, много лет служивший в 32-м армейском корпусе полуострова, умел. И как радовался, когда 18 марта Крым уже стал частью России - «мы опять победители - все вместе».
Искренний, гостеприимный (простите, Азат Артёмович, что так и не получилось «ещё на чай» подойти), честный, внимательный, добрый, надёжный. Для нас с вами, крымчане, он сделал самое главное - построил мост в Крым (как это, иногда по шею в ледяной воде, под постоянным вражеским обстрелом, вначале перетаскивать боеприпасы и орудия, а потом наводить сваи, чтобы плацдарм для танков был), освободил полуостров от врага, защитил Родину, победил. Но, как и все настоящие солдаты, фронтовики, никогда не кичился этим - «общая Победа, народа». И старался жить для других, «ведь это и есть счастье»… Апрель 2021-го,
симферопольское небо затянуто тяжёлыми свинцовыми тучами, ордена и медали офицера на алых подушечках, что держат в руках воины почётного караула Минобороны, склонённый триколор и последние залпы - траурный салют герою-фронтовику, человеку, защитившему Родину. Он никогда не считал себя героем, как, впрочем, и все мои фронтовики - победители, с кем свела журналистская судьба, «просто солдат». Светлая вам память, Азат Артёмович, солдат Победы. Искренние соболезнование родным, дочери Тамаре Азатовне и сыну Сергею Азатовичу, верной помощнице Люсине. Нам, действительно, всем повезло, что выпала честь быть рядом с таким человеком, настоящим, патриотом, победителем. Вы всё равно рядом, Азат Артёмович, всё равно будете жить, как и ваши товарищи, родные, за кого так переживали, как и Победа - ведь вы и есть она, вечная и гордая. Спасибо за мир, солдат из поколения Победителей.

Наталья БОЯРИНЦЕВА.