Эпоха вождя

3 Март 2021 760

Крым-труженика он ценил, Крым-бойца уважал, а вот Крым-курорту чаще предпочитал Кавказское побережье страны. Именно там располагалось большинство государственных дач, где иногда отдыхал, там же, на Кавказе, в наши дни появилось большинство памятников и изображений человека, которого любили и ненавидели, боялись и ценили. Того, о ком премьер Великобритании Уинстон Леонард Спенсер Черчилль говорил: «России очень повезло, что когда она агонизировала, во главе оказался такой жёсткий военный вождь. Человек, неисчерпаемо смелый, прямой в действиях, хладнокровно мудрый». И премьер, и вождь, и третий лидер мощного государства-союзника СССР в Великую Отечест-венную Франклин Делано Рузвельт, президент США, уже шесть лет снова «вместе» в Крыму, в Ливадии, где в 1945-м проходила Крымская конференция участников антигитлеровской коалиции. Американского лидера не стало через год с небольшим после, английскому премьеру судьба отвела ещё почти 20 лет, а советскому руководителю почти восемь. Но, если в Британии и Штатах после смерти политиков ничего глобально не изменилось, то в СССР многие стали делить жизнь на «вместе и после» Иосифа Виссарионовича. 6 марта 1953-го «Крымская правда» вышла в траурном обрамлении, сообщая то, чего одни ждали, другие - опасались: «5 марта в 9 часов 50 минут вечера после тяжёлой болезни скончался председатель Совета Министров Союза ССР и секретарь Центрального комитета Коммунистической партии Советского Союза Иосиф Виссарионович Сталин».

Она окончилась почти 70 лет назад

Иосиф Сталин - это Победа в Великой Отечественной и Советско-Японской войнах. Фото автора.

Сын сапожника

Жизнь вместе со Сталиным, это прежде всего Победа в Великой Отечественной и Советско-Японской, выстраданная, ценой миллионов павших завоёванная. Когда солдат на фронте поддерживала ещё и мысль о том, что Верховный главнокомандующий не спрятал в тылу своих сыновей, Якова и Василия, они тоже воюют, а он сам не уехал в эвакуацию, а работает в Москве, где до линии фронта вначале были считанные километры. Жизнь вместе - это и страшные годы репрессий, когда вечерами люди боялись включить в квартире свет, дабы не накликать «чёрный воронок», а чтобы загубить семью, достаточно было неосторожного слова, доноса, взгляда. Когда былые заслуги превращались в пыль, а вчерашние товарищи отворачивались, пряча взгляд. Жизнь вместе - это прорывы в машиностроении и развитии страны, её новые земли, Западная Украина, Бессарабия, это начало эры телевидения, освоение атомной силы, первые шаги к покорению Космоса, мысли о канале, приносящем в Крым воду с материка… Жизнь после… это ещё всего лишь 38 лет существования мощного государства. Это Крым, что в один миг, по воле Хрущёва, перестал быть частью России, и хоть ещё был в составе Союза, но перспективы после его развала грозили не радужные. Крым, который в 1945-м Иосиф Виссарионович отказался обменять на значительный «кусок Европы», показав в Ялте коллегам по коалиции русскую выразительную фигуру из трёх пальцев. Жизнь после - это развенчание «культа личности», растерянность большинства от этого, снос памятников и переименование легендарного города-героя Сталинграда.
И запоздалое понимание того, что при всём том «культе», перегибах, репрессиях, жертвах и потерях у руля страны была Личность. Сумевшая удержать, сохранить государство, трудно и кроваво создававшееся на месте бывшей Российской империи, «взявшая страну с сохой, а оставившая с атомной бомбой», сумевшая в 1941-м собрать воедино и вдохновить на борьбу с внешним врагом людей, которых, казалось, навсегда разделил 1917-й. Помните, как 3 июля 1941-го, обращаясь к народу, он сказал не только привычные советскому слуху слова «Товарищи! Граждане! Бойцы нашей армии и флота!», но и уже почти позабытое церковное, имперское, родное: «Братья и сёстры! К вам обращаюсь я, друзья мои!» Иосиф Виссарионович, почти пять лет проучившийся в Тифлисской духовной семинарии, понимал, что в минуту опасности надо именно так, человечно, как во все времена на Руси призывали к защите Отечества.
Так случилось, что первым защитником маленькому Сосо, как называла сына мама, подёнщица, Екатерина Георгиевна Геладзе, пришлось стать именно ей, а спасать от отца, Виссариона Ивановича Джугашвили, сапожника, чрезмерно увлекавшегося выпивкой. Иосиф, родившийся 6 декабря (по старому стилю) 1878-го (по иным данным,
9 декабря 1879-го), был единственный их выживший сын, остальные дети умерли маленькими. В десять лет он поступил во второй подготовительный класс Горийского православного духовного училища - мама хотела видеть сына священником. Мог бы поступить и на два года раньше, но вот с русским языком у грузинского мальчика были проблемы - вообще ни слова не знал, благо, помогли друзья - дети священника Христофора Чарквиани. Парень был талантливым, уже учась в семинарии, получал «отлично» по всем предметам, особенно интересовался богословием, греческим и математикой; стихи писал, «весьма неплохие». Знания увлёкшемуся идеями марксизма Иосифу пригодились вскоре после отчисления с пятого курса - подрабатывал репетиторством, был вычислителем в Тифлисской физической обсерватории. Но революционная деятельность затягивала… от организатора первой рабочей маёвки в родном Тифлисе до первой должности в Совете народных комиссаров (правительстве) молодой РСФСР - наркома по делам национальностей прош-ло всего 17 лет. Они были наполнены борьбой, протестами, арестами, ссылками и личной трагедией - гибелью любимой Екатерины Семёновны Сванидзе, венчанной жены, подарившей ему первенца Якова. Воспитывать восьмимесячного мальчика, лишившегося мамы, отцу было некогда - борьба затягивала, малыш рос в Грузии, у тёти Александры Монаселидзе, в Москву к папе приехал только в 14. Отношения у них не складывались, но, когда в 1943-м Яков, офицер-артиллерист, погиб в фашистском плену, Иосиф Виссарионович тяжело перенёс потерю. К тому времени погибла и его вторая жена - Надежда Сергеевна Аллилуева, оставив сына Василия и дочь Светлану.

Только памятники

Современники не верят, но при «культе личности» в Крыму не было улиц Сталина, и в Симферополе не было - сподвижников его по делу революции - были и есть, а в честь его, десятилетия руководившего страной, только несколько памятников. Да и те появились лишь после Победы в войне - благодарность Верховному главнокомандующему, многое для неё сделавшему. Два памятника на вокзале - бетонный на площади, за нынешней троллейбусной остановкой, окружённый розами и голубыми елями. 68 лет назад к нему пришли тысячи симферопольцев, положить цветы в память о вожде. Ко второму памятнику, на перроне, тоже тогда ложились цветы, но меньше - если первый монумент был высоким, грозным, мощным символом страны, то второй, небольшой бронзовый, - каким-то домашним, с доброй улыбкой из-под усов. А к до блеска начищенным ботинкам всегда прикасались на удачу. Памятники исчезли ноябрьской ночью 1961-го - накануне в пылу «усиления борьбы с культом» забальзамированное тело вождя вынесли из мавзолея «Ленина-Сталина» и похоронили у Кремлёвской стены. Исчезли тогда же и памятники в Пионерском (сквер Победы) и Городском (Екатерининском) садах - там Иосиф Виссарионович был рядом с Владимиром Ильичом.
А шестью годами ранее, 21 декабря 1955-го, в нашей газете напечатали последние в изданиях того времени доб-рые слова о «немеркнущем имени беззаветного служения трудовому народу» - трудя-щиеся Крыма отмечали 76-ю годовщину со дня рождения вождя. Первую же заметку о нём газета, тогда «Красный Крым», опубликовала в начале августа 1929 года - фотография с экипажем крейсера «Червона Украина», на котором пришёл из Сочи в Севастополь. А в Великую Отечественную, особенно после освобождения полуострова, газета иногда печатала телеграммы крымчанам за подписью
И. Сталин - «Мой братский привет и благодарность Красной Армии» - за деньги, собранные на самолёты и танки. В феврале 1953-го, 22-го, крымчане единогласно выбрали его в областной Совет, с радостью узнав накануне, что «дал согласие баллотироваться здесь». А через неделю с небольшим жизнь страны разделилась на «вместе и после»…
Прошло почти семь десятилетий, изменилась страна, люди, выросли новые поколения, некоторые из представителей их даже не знают, «кто такой». Кто-то, в чьих семьях хранят боль о погибших в репрессиях, многочисленных лагерях системы ГУЛАГ, ненавидит его. Кто-то поминает добрым словом за всё, сделанное для страны. В любом случае, это наша история, эпоха вождя, оборвавшаяся 68 лет назад.
Наталья БОЯРИНЦЕВА.

Наталья БОЯРИНЦЕВА.