Спасти раненых Севастополя

26 Октябрь 2019 399
Даша Севастопольская (справа в первом ряду) с участниками обороны, Георгиевскими кавалерами. Фото 1911 года.
Даша Севастопольская (справа в первом ряду) с участниками обороны, Георгиевскими кавалерами. Фото 1911 года.

Первая бомбардировка Севастополя 165 лет назад, начало его осады, гибель адмирала Владимира Корнилова и ещё более тысячи русских воинов уже в начале обороны города. И сотни раненых, которых с каждым днём становилось всё больше и которых пытались спасти. О том, как это происходило, какие города полуострова стали госпитальными, увидеть копии уникальных документов того времени можно на выставке в Государственном архиве республики.

В госархиве знают, как это было

Отступать некуда

Выставка открылась в день той самой первой бомбардировки - англичане, французы, турки и итальянцы обстреливали город и с моря, и с суши.
- Она началась в половине седьмого утра, - рассказывает Татьяна Шарова, зампредседателя Госкомитета по делам архивов РК. - От реки Бельбек, к которой в конце сентября подошли союзники, они начали обстрел бастионов и батарей города. 126 тяжёлых орудий выпускали ядра по Севастополю. Вскоре к ним присоединились и более тысячи корабельных орудий. Наши защитники противостояли огнём из имевшихся 250 орудий, потом подсчитано, что наши артиллеристы сделали более 20 тысяч выстрелов по врагу. Это было страшно. Сохранились воспоминания участника обороны Славони: «Закипел бой ужасный, застонала земля, задрожали окрестные горы, заклокотало море…». Но город выдержал, его защитники не отступили ни на шаг. Ведь они помнили слова, сказанные накануне руководителем обороны Владимиром Корниловым: «Товарищи!  На нас лежит честь защиты Севастополя, защиты родного нам флота! Будем драться до последнего! Отступать нам некуда, сзади - море. Всем начальникам частей я запрещаю бить отбой. Если бы я приказал ударить отбой, не слушайте, и тот из вас будет подлец, кто не убьёт меня!».
Владимира Корнилова убили враги - он вместе с Павлом Нахимовым в день бомбардировки обходил бастионы, подбадривая защитников. На Малаховом кургане смертельно ранен. Но город, воины запомнили навсегда его последние слова: «Отстаивайте же Севастополь!».
- Долгих 349 дней отстаивали, - продолжает Наталья Кравченко, замдиректора Государственного архива республики. -  Противник предпринял шесть наступлений. О них, об обороне очень ярко и искренне написал Лев Толстой в «Севастопольских рассказах». Он тоже оборонял город. В 1854-м близ села Эски-Орда (сейчас - Лозовое Симферопольского района) стояла артиллерийская батарея, в которой служил подпоручик Лев Толстой. Он неоднократно бывал и жил по несколько дней на квартире у своего симферопольского друга, врача и краеведа Николая Плешкова. Дом сохранился на улице Толстого, 4. Улица переименована (прежнее название - Слободская) в честь писателя в 1905 году решением Симферопольской городской думы. Пока Толстой служил под Симферополем, он просил направления в действующие части. В январе 1855 года просьбу удовлетворили и направили в артиллерийскую бригаду на Бельбекских позициях. Как не силился противник, наши войска, обессиленные, обескровленные, всё равно сражались. Тысячи погибших, тысячи раненых, многие из которых, увы, умерли позже. На братском кладбище только в одном Симферополе, ставшем госпитальным городом, - более 30 тысяч похоронены.

Госпитальные города

Госпитали союзников находились в Константинополе, куда то и дело отправляли корабли с ранеными. Там тоже была большая смертность, но ведь командование союзников знало, на что вело своих людей, и из истории должны были помнить, что русские просто так не сдаются. В наши госпитали раненых солдат, матросов и офицеров везли на обозах - до одного Симферополя только больше недели в пути. Многих, к сожалению, не довозили. «Из-за своего географического положения Симферополь, Бахчисарай и Карасубазар (Белогорск), расположенные в глубине полуострова, не подверглись обстрелам противника и не стали ареной сражений. Однако это не умаляет их роли в событиях Крымской войны, ведь именно здесь находились центры управления войсками, медицинского и тылового обес­печения. К примеру, в Бахчисарае, в стенах Успенского монастыря и Ханского дворца, разместились госпитали русской армии. А в Карасубазаре, куда за время войны перевезено около 3 тысяч раненых, помещик Сима Бобович уступил дом под госпиталь, потом ещё 9 домов других господ были приспособлены под них, местные жители жертвовали деньги, продукты», - рассказывают в архиве, напоминая слова русского поэта-декабриста Фёдора Глинки: «Военное время всякого военным делает».
Первые раненые направлены в Симферопольский гарнизонный госпиталь (сегодня -  военный госпиталь Минобороны на улице Горького) прямо с полей Альминского сражения ещё в начале сентября (по новому стилю), до осады Севастополя. Кстати, первый директор госпиталя полковник Вильгельм Кистер умер от тифа в январе 1855-го, заменил его капитан I ранга Барановский. А раненых становилось всё больше - и в городе усиленно учреждались отделения гос­питаля. Для их размещения освободили дома губернского правления, казённой палаты, палаты государственного имущества, уголовной и гражданской палат, дворянского и депутатского собраний. К началу октября 1854 года на лечении в Симферополе находилось 355 офицеров, 5897 нижних чинов. К раненым добавились больные тифом. Самое большое число раненых зафиксировано в апреле 1855-го - 8084 человека. Умирали в месяц от 700 до 1400 человек.
- На многих зданиях в центре Симферополя можно увидеть памятные таблички, свидетельствующие, что «здесь в годы Крымской войны размещался госпиталь». Мест для раненых не хватало, и их лечили в жилых домах, - рассказывает ведущий археограф Государственного архива РК Евгений Осипов. - Под госпитали и лазареты заняли 72 казённых и частных дома.  Многие состоятельные жители города предоставляли и загородные имения для оказания медпомощи раненым. Ситуацию не спасало даже то, что часть раненых отправляли из Симферополя через Перекоп в Херсон и Одессу. По описанию современников, «все города, деревни, даже хутора превращены в госпитали». Но после каждого нового сражения поток изувеченных воинов вновь увеличивался, и Симферополь опять переполнялся ранеными и больными.
Врачей не хватало: сначала в Симферополе спасением раненых занимались лишь два городских, Андрей Арендт и главврач госпиталя Фёдор Цветков, потом мобилизованы врачи со всей Таврической губернии. Приезжали медики и из других уголков России. К примеру, группу врачей из Санкт-Петербурга и Москвы возглавил хирург Николай Пирогов. В октябре Таврический губернатор Николай Адлерберг получил извещение об утверждении с Высочайшего позволения под покровительством великой княгини Елены Павловны Крестовоздвиженской общины сестёр попечения о раненых и больных в военных госпиталях для содействия медицинскому начальству при уходе за больными и ранеными. В декабре в городе под руководством Александры Стахович началось «светлое служение сестёр под знаменем Креста». А вскоре начали поступать прошения от местных жительниц, желающих ухаживать за ранеными. На Руси так было всегда: если родная земля в опасности, то спасать надо всем.

А в это время

В Государственном архиве республики обращают внимание посетителей, что из-за капремонта на первом этаже в корпусе №1 на улице Кечкеметской, 3, в Симферополе приём посетителей по вопросам получения архивной информации с 21 октября по 29 ноября будет проводиться в корпусе №2 на улице Павленко, 1а, кабинет 13. Проводиться он будет еженедельно - в понедельник и в среду, с 9.30 до 13 часов.

Наталья БОЯРИНЦЕВА.