«У нас нет нормальных колбас, молочки, мяса...»

25 Сентябрь 2019 1369

Из года в год в детских садах и школах полуострова специа­листы Роспотребнадзора находят фальсификат. «Крымская правда» публикует материалы, которые объясняют «на пальцах», почему опасно пальмовое масло, некачественная молочная продукция. Но и этого, как оказалось, мало. В ближайшее время может исчезнуть с прилавков молочная продукция под маркой «Университетская». Причины те же, что и у компании «Дубровские дары». Мы встретились с руководителями этой небольшой частной фирмы, Евгением и Викторией Щекотиловыми, чтобы узнать, почему крымские производители натуральной молочной продукции получают только убытки.

- В феврале 2018 года вы сообщали, что расширяете ассортимент молочной продукции ТМ «Дубровские дары». В сентябре этого года заявили, что закрываете производство. Что произошло за это время? Неужели молочная продукция без стабилизаторов и сухого молока не востребована?
Евгений:
- Востребована. Но качественный продукт не может пробиться на рынок, хотя многие чиновники заявляют, что делают всё возможное для этого. Основная причина в несовершенстве законодательства. Наверняка, многие слышали о проблемах 44 Федерального закона (44-ФЗ). Госзакупки, можно сказать, убиты им. Как можно требовать качественное питание в госучреждениях и при этом делать упор на такие низкие цены? Например, тендер выигрывает производитель или поставщик, который предлагает сливочное масло 82,5% жирности по цене 120 рублей за одну пачку. И хорошо, если это хотя бы маргарин, но бывает и хуже.
Приведу и другой пример. Мы пытались наладить работу с крымскими пансионатами. Поставлять им качественную молочную продукцию, ведь у них отдыхают люди со всей страны. В некоторых учреждениях с нами даже отказывались разговаривать, просили оставить коммерческое предложение на КПП. И объясняется это просто. Им нужен творог по цене 100 рублей, хотя его себестоимость 150. Масло они хотят покупать по 200 рублей, а мы можем предложить только по 400. И это не потому, что мы такие вот крутые бизнесмены, накручиваем ценники. Это реальная стоимость.
В одном из санаториев Крыма, не буду называть его, я зашёл в столовую. Сказал, что мы сотрудничаем с детскими садами и школами, у нас есть все документы, всё качественное и натуральное. Мне ответили, что им это неинтересно. Им поставляют творожную продукцию по 80-100 рублей, с ней очень легко работать - она не портится. Открыто заявили, что в санатории нет нормального холодильника, все продукты хранят на полках и ничего. Стоит молоко две недели на солнце, не скисает, но зато выгодно. А всё потому, что ультрапастеризованное молоко - это как вода со вкусом молока. Там нет ничего полезного.
- Можно ли как-то исправить эту ситуацию?
Евгений:
- Нужно принимать глобальные меры, даже не на уровне Республики Крым, хотя неплохо было бы начать что-то делать и у нас. Спасибо хотя бы за то, что на полуострове одобрили ряд документов, которые настоятельно рекомендуют детским садам и школам работать только с крымскими производителями. Благодаря этому мы смогли заключить договоры в школах в Красногвардейском и Белогорском районах. В Симферопольском районе начали переговоры, но они тоже хотят получать молочные продукты по 100 рублей.
И поверьте, мы готовы работать с мизерной прибылью, но только чтобы дети питались нормально. Мы понимаем, насколько это острый вопрос. Он касается абсолютно всех.
Виктория:
- Приведу ещё один пример того, как у нас сложно сейчас найти что-то натуральное. Мы решили делать йогурты, нам понадобился джем. Я никогда не думала, что найти варенье - это такая серьёзная проблема. Обратилась на один из консервных заводов. Мне ответили, что в лучшем случае мы можем привезти свои фрукты и нам сварят варенье, всё остальное - порошок на порошке. Приехал поставщик с материка, всё тоже с добавками, примесями, кошмар. А он нам отвечает, что у него эту продукцию берут и все довольны. Понимаете, даже найти натуральную консервацию - проблема!
- Нельзя сказать, что власти бездействуют. Например, была введена обязательная маркировка молочной продукции, чтобы покупатель знал, что он берёт на полке в магазине.
Евгений:
- Да, фактически продукцию разделили на молочную и ту, что содержит растительные жиры. Но далеко не во всех магазинах такая маркировка присутствует. Не забывайте о недобросовестных производителях. Например, теперь нужно ярко и выразительно писать о содержании растительных жиров. Но! Многие пишут информацию под штрих-кодом и нечитабельным шрифтом.
Я работаю в этой сфере, разбираюсь в маркировке и упаковке. Прихожу в магазин, беру банку и пытаюсь найти информацию. Мне понадобилось приличное количество времени на это, а что говорить об обычном потребителе?
- Кстати о магазинах и рынках. Удаётся продавать свою молочную продукцию? Или не попасть на полки и прилавки?
Виктория:
- Не удаётся. Мы говорим о том, что нам нужна здоровая нация, но в реальности всё иначе. К примеру, мы пытались поставить «точку» на одном из симферопольских рынков. Нам озвучивают при чиновниках, условно, 100 рублей за место. Как только все расходятся, тот же человек, который говорил о стоимости, отводит нас в сторону и добавляет: «Ещё 100 рублей доплатите, тогда только сможете тут торговать». То есть сверху нужно доплатить ещё 100%! И вы же понимаете, что речь идёт не о ста рублях… На словах нам помогли, а на деле получается иначе. И это абсолютно на всех рынках!
В магазинах другая проблема. У нас только натуральное производство, нет ни одной добавки. И поэтому очень тяжело работать в магазинах, в которых повально не соблюдаются температурные режимы. В любом магазине, особенно если он небольшой, как делают на первых этажах жилых домов, холодильные витрины заполнены до отказа. И оборудование не справляется, ведь нарушены нормы хранения. Наша молочная продукция скисает, но продавцу всё равно. Потребитель думает, что ему предлагают испорченный продукт, но он приходит в негодность не у нас на производстве, а в торговых точках.
- Мешают ли проверяющие органы? Возможно, сложно ещё и потому, что постоянно приходят проверки?
Виктория:
- Такого нет. Проверки плановые, мы готовы ко всему.
К Роспотребнадзору, к примеру, нет никаких вопросов. У нас натуральная продукция, нам нечего бояться. С проверками нет проблем, главное - это реализация. В Крыму только 25% молочной продукции - местная, остальное нам привозят. Я знаю, что Сакский и Джанкойский молокозаводы не загружены на всю мощность. Нет налаженного сбыта. В одной из детских больниц начмед рассказывала, что яблоки привозят из Красноярска. Всё потому, что определённая фирма выиграла тендер и поставляет фрукты теперь по низкой цене. Или ситуация с творогом. Когда детям делают запеканку, меня зовут и показывают, что из неё что-то жёлтое течёт.
И снова причина в чём? В несовершенстве 44-ФЗ.
- А как же сырьё? Хватает в Крыму натурального молока?
Виктория:
- Наш завод рассчитан максимум на три тонны молочной продукции в сутки, может, конечно, и пять тонн сделать, но это редкость. На этот объём мы всегда находили молоко, потому что у нас есть ферма. Но на крупных заводах нужно не
3 тонны молока, а 103. Конечно, такого количества в Крыму просто нет. Когда мы открывали завод, к нам пришли одни ребята и сказали примерно следующее: «Чего вы мучаетесь с этим натуральным молоком, вот смотрите, у нас журнал, тут расписано, как делать молоко без молока». Условно говоря, насыпал в бочку порошок и получил как бы молоко. Мы отказались, но так ведь делают не все.
На материке абсолютно такая же история. Своего сырья там только 30%. И, как бы это грустно ни было, если мы уберём с полок магазинов весь фальсификат, то будет как при СССР - дефицит молочной продукции. У нас нет нормальных колбас, молочки, мяса.
С сырьём тоже бывают сложности, и это нужно учитывать. У нас была история, когда привезли молоко с маститом. Но мы проверяем всё в лаборатории. Звоним поставщикам, они говорят, что быть такого не может. Привозим их, чуть ли не за руку берём и ведём в лабораторию. И только там они говорят, ну да, действительно, есть проблема.
И помните о том, что у крупных заводов есть переработка, а у нас её нет. Мы отправляем скисший и другой продукт, который нельзя продавать, на хоздвор. Животные очень рады. А вот многие крупные заводы делают из этого плавленные сырки. А мы вынуждены были всё утилизировать. И постепенно понимали, что убытки становятся всё больше и больше.
- Чтобы изменить эту ситуацию, нужно доработать 44-ФЗ и обеспечить производителей рынком сбыта?
Евгений:
- Совершенно верно. Тогда можно будет делать натуральное. Если изменится ситуация с госзакупками, наша компания точно снова начнёт работать. А пока это бесполезно. У нас убытки были из месяца в месяц, хорошо, что есть другой бизнес, который позволяет жить.
Поймите, мы хотим про­изводить и продавать натуральные продукты. У нас много идей. К примеру, хотели сделать нечто вроде кооператива, чтобы сельские жители сдавали нам кур, гусей, уток. Нам есть, где их забивать, у друзей работает бойня. Тогда бы покупатель получал качественное мясо без гормонов, а люди в сёлах могли бы зарабатывать. Но мы упираемся в одно и то же. У нас
нет рынка сбыта этой продукции.
Я ещё один жуткий пример приведу. В Красногвардейском районе сейчас столько китайцев, что страшно. Они выращивают овощи, которые зреют в три раза быстрее, чем наши. Местные жители, которые трудятся у китайцев, рассказывали что им выдают препарат, на нём написано - 20 дней даже не прикасаться. Они надевают маски, бахилы, перчатки, опрыскивают этим средством. А потом такие овощи везут на рынки Симферополя и не только.
Мы хотим сотрудничать со школами и детскими садами, санаториями и гостиницами.
Я хочу быть уверен, что моя дочь съест в школе нормальный обед из натуральных продуктов. Но сейчас это невозможно. Мы ждём предложений, помощи, нас очень просят наши покупатели возобновить производство. Но что будет дальше - неизвестно.
Вы поймите, производство молочной продукции для нас не было чем-то вроде сиюминутного обогащения. Это так не работает. Мы четыре года словно воспитывали ребёнка.
И теперь его нет. Единственное, что нас заставляет вернуться на этот рынок, - это дети. Есть даже предложения по покупке у нас производства. Но я понимаю, что нашу идею вряд ли кто-то будет продолжать. К сожалению, натуральность сейчас мало кому нужна. Мы для себя решили, что мы или закрываемся, или производим только натуральное.

Валентина ВАСИЛЬЕВА.