Алая лента Казачка

5 Февраль 2019 271
Владимир Якименко стал крымским партизаном в 16 лет.
Владимир Якименко стал крымским партизаном в 16 лет. Автора.

Давно затерялись те неширокие лесные и горные дорожки, по которым уходили на задание партизаны. Народные мстители в отрядах, объединённых сначала в районы, потом в соединения, за почти 900 дней оккупации полуострова в 252 боях и 1632 диверсиях уничтожили 29382 фашиста. Но и наших земляков-героев полегло немало: в их честь 56 лет назад друзья, тоже партизаны, установили памятник у дороги на Ялту, у Холодной балки, где когда-то шли страшные бои. Бывший комиссар Северного соединения Николай Луговой как-то рассказал об идее памятника бывшему бойцу 2-го отряда Эммануилу Грабовецкому. Тот, художник нашей газеты, сразу предложил: «Шапка». Партизанская шапка с алой лентой. Такую носили бойцы, такую клали на могилу погибших.

Парнишка с Кубани

Мы не узнаем, кто придумал для партизанского символа эти алые ленты - в цвет советского знамени. Но точно известно, что в 6-м (Тавельском) партизанском отряде Южного соединения ленты на головных уборах появились благодаря 16-летнему пионеру Володе. Казачок - как называли в отряде Владимира Якименко. Об этом факте журналистам он никогда не рассказывал, хотя познакомились мы с ним много лет назад у Вечного огня в симферопольском парке имени Гагарина, ещё когда полуостров, входивший тогда в состав Украины, 22 сентября отмечал День партизанской славы. О боевых друзьях из многонационального отряда рассказывал, о командире и комиссаре - Николае Дементьеве и Андрее Сермуле, о Бешуйском бое, когда в феврале 1944-го партизаны заманили врага в ловушку, уничтожив почти полтысячи фашистов.
Владимир Сергеевич родился не в Крыму - на Кубани, 5 января 1927-го, в семье крестьян станицы Вышестиблиевской. Там и семилетку окончил как раз в 1941-м. Рвался на фронт, но мал был, и его не взяли, направили в родной колхоз помогать Красной Армии продуктами. Там и трудился до августа 1942-го, пока в станицу не вошли фашисты. Потом боролся с ними, как мог, например, срывал гитлеровские приказы, развешивая вместо них наши листовки. В июле 1943-го паренёк оказался в Керчи: фашисты занимались «переселением». Сначала - лагерь для военнопленных, потом для смертников в Джанкое. Но, видно, передумали гитлеровцы убивать парня, может, собирались отправить в Германию, прислуживать третьему рейху, а пока пригнали на работы в Бахчисарай.
- Нескольким узникам удалось бежать, - рассказывал Владимир Якименко. - Мы знали, что в лесу есть партизаны, пробились к ним. После тщательной проверки меня направили в шестой партизанский отряд. Командиром был Николай Дементьев, комиссаром - Андрей Сермуль. Наш отряд - один из самых крупных, базировался около Тавеля (Краснолесье). А ещё он был многонациональным и очень дружным. Была обычная военная жизнь: ходил в разведку, участвовал в диверсиях и боях. Да что обо мне, давайте лучше о ребятах наших расскажу…
Настоящие солдаты Отечества, герои - всегда скромные. Вот и об одном из подвигов крымского партизана узнать довелось из книги, которую написал тоже партизан, Михаил Македонский, прошедший боевой путь от командира группы до командира 4-го района партизанского движения Крыма (с лета 1943-го - командир Южного соединения). В этом соединении Владимир Якименко 75 лет назад вступил в комсомол.

«Я - пионер»

Эти слова 16-летний Володя сказал комиссару отряда Андрею Сермулю, когда тот из-за малолетства пытался отправить его не в боевую группу, а в гражданский лагерь. «Пионер всегда и во всём должен быть впереди. Если не пошлёте в боевую группу, пойду к самому большому командиру. Он меня поймёт. Дайте автомат. Хочу отплатить извергам за всё, что видел». Во время перегонов и в фашистских лагерях он повидал и натерпелся немало: узники голодали, за любую ерунду их избивали, а ослабевших просто пристреливали. «У тех гадов мне доставалось не меньше, чем взрослым.
И никто меня маленьким не считал. А тут...». Добился Володя своего: направили в боевую группу алуштинца Михаила Левичева. Там приняли тепло, Казачком прозвали. Паренёк во всём помогал партизанам, по первому зову прибегал. Особенно ему по нраву было, когда кто-то из партизан приносил в лес оружие, добытое у фашистов. Разбирали вместе, пристреливались. Вскоре не было ни одного вида стрелкового оружия, с которым бы не мог обращаться Владимир Якименко. И всё чаще стал напрашиваться на задания с партизанами.
Как-то вместе со старшим товарищем стоял он в боевом охранении. Первым услышал шум, смог разглядеть сквозь туман фашистов. Партизаны сразу открыли огонь, сумев уничтожить первых разведчиков. Но в ответ на их выстрелы застрочили пулемёты и автоматы. «Разрывными шпарят, - заметил напарник. - Держись теперь, парень! - Один из нас должен доложить командиру, - вспомнил Володя. - Значит, иди, докладывай, - бывалый партизан всеми силами старался отправить мальчишку, понимая, что бой будет неравным. - Нет, я стреляю лучше, - решительно ответил пионер. - Я их задержу, пока вы подмогу приведёте». И сдерживал, несмотря на то, что над головой яростно свистели пули. Переползая с места на место, путал фашистов, чтобы думали: целое подразделение сражается, а не один человек. Такая тактика позволила подошедшим партизанам определить вражеские огневые точки и прицельным огнём с флангов в считанные минуты уничтожить врага. Партизаны хвалили Казачка, поздравляя с настоящим боевым крещением. Комиссар Андрей Сермуль сказал: «Ты, Володя, поступил по-пионерски». Для Владимира Якименко эти слова стали самой лучшей наградой.

Знамя для всех

Пионерского галстука у Володи тогда уже не было. Точнее, был, небольшая полос­ка на шапке. Такая же, как у товарищей. «Советское знамя у каждого из нас» - так говорили об алых лентах партизаны отряда и одобрительно поглядывали на Казачка.
Когда его только включили в группу, радушно приняли, паренёк не знал, как отблагодарить, порадовать товарищей. И вдруг придумал: достал из-за пазухи алый комочек. «Вот. Пионерский галстук. Я его даже во фрицевском лагере сохранил... Больше у меня в жизни ничего нет». «Это немало, - ответил командир группы Михаил Левичев. - С гордостью носи теперь свой галстук! Часть нашего советского знамени». Но мальчик, попросив у него кортик, разрезал галстук на множество тонких коротких полосок и раздал их партизанам. Они тут же прикрепили алые ленты на ушанки, пилотки, фуражки и бескозырки.
- Так и носили до освобождения полуострова, - рассказывал Владимир Сергеевич, у которого на партизанском берете тоже алела лента. - Если погибал партизан в отряде, клали головной убор с лентою, частью знамени, на могилу.
А те, кто выжил, после освобождения Крыма уходили в армию, взяв с собою те ленты. И на маёвки, партизанские встречи, потом с ними приходили.
Осенью 1944-го в Красную Армию ушёл и Владимир Сергеевич. Его подлечили в Краснодарском госпитале пос­ле тяжёлого ранения, полученного в бою 8 марта 1944-го. По окончании снайперской школы в Анапе пригодились партизанские уроки - воевал с японскими милитаристами на Южном Сахалине. Потом мирный труд, сначала на Кубани, потом в Крыму, в Саках, куда перебрался в 1956-м. Среди множества наград и памятных знаков - два ордена Отечественной войны. Но самые дорогие для героя - медаль «Партизан Великой Оте­чественной вой­ны I степени» и скромный значок «Крымский партизан». Он один из тех, кто в тяжелейшие годы оккупации спасал полуостров, приближая его освобождение и Победу для всей страны.

Весной 2019-го исполнится семьдесят пять лет освобождению полуострова от фашистов. Более чем 2,5 года боёв, подвигов, потерь. С 24 сентября 1941-го, когда враг штурмовал наши позиции на Перекопе, до 12 мая 1944-го, когда последних гитлеровцев пленили на мысе Херсонес. Мы предлагаем вспомнить героев этих трудных дней, вспомнить, как жил и боролся полуостров. Ждём ваши письма, рассказы о родных, работавших здесь перед войной, эвакуировавших заводы и колхозы. О сражавшихся за Крым, о живших и погибавших в оккупации. О местах боёв, братских могилах и памятниках той войны. О тяжёлых сороковых прошлого века, которые нельзя забывать.

Наталья ПУПКОВА.