Дважды капитулировавшая

Новым главнокомандующим вооружённых сил фашистской Германии после самоубийства Адольфа Гитлера стал Карл Дениц, задумавший заключить договор с США и Великобританией, чтобы вместе воевать против СССР. Но к чести тогдашних премьера Великобритании Уинстона Черчилля, президента США Гарри Трумэна, сменившего ушедшего в начале апреля Франклина Рузвельта, и главнокомандующего союзными войсками в Европе Дуайта Эйзенхауэра, они настояли, чтобы Германия полностью и безоговорочно капитулировала перед всей антигитлеровской коалицией, в том числе и Советским Союзом. Фашисты ещё раз попытались «протолк­нуть идею», когда в Реймс, где находился Верховный штаб союзных экспедиционных сил, прибыл начальник оперативного отдела штаба фашистов Альфред Йодль, заявив, что немцы хотят капитулировать перед Западом, но не перед Красной Армией. Но Дуайт Эйзенхауэр уже пригласил начальника Советской военной миссии при штабе Ивана Суслопарова и рассказал ему о намерениях немцев сдаться только англо-американской коалиции и начать совместные бои против СССР. Иван Алексеевич напомнил союзникам об обязательствах, взятых на Крымской конференции лидеров Большой тройки: Иосифа Сталина, Франклина Рузвельта и Уинстона Черчилля, о безоговорочной капитуляции противника на всех фронтах. Да и сами союзники это понимали, ведь без поддержки Советского Союза, фактически в одиночку (второй фронт открыли лишь менее года назад) разгромившего нацистов, они бы не справились, ещё с японскими милитаристами надо было сражаться. Наш генерал-майор направил в Москву копию протокола о капитуляции, которую ему предложили от имени СССР подписать ночью 7 мая, в 2 часа 41 минуту (у нас было 8 мая, 4 часа 41 минута). Ответ из столицы задерживался, тогда Иван Суслопаров рискнул подписать, понимая, чем грозит стране капитуляция фашистов только перед Западом. Но сделал в документе примечание: «данный протокол не исключает в дальнейшем подписания иного, более совершенного Акта о капитуляции Германии, если о том заявит какое-либо союзное правительство». Подписанный протокол и рапорт вновь отправил в Москву, но почти сразу шифровальщики принесли запоздалый ответ на первый запрос - «ничего не подписывать». Впрочем, получив второй рапорт, Иосиф Сталин признал факт свершившимся, но настоял, что «Акт о капитуляции фашистов должен быть подписан в Берлине и представителями Верховного главнокомандования стран-союзниц». Берлин был почти разрушен, зал для подписания нашли в пригороде - Карлсхорсте. От имени советской стороны подписать его поручили заместителю Верховного главнокомандующего Вооружёнными силами СССР Маршалу Советского Союза Георгию Жукову. Со стороны фашистов акт подписали начальник Верховного главнокомандования вермахта Вильгельм Кейтель, представитель Люфтваффе (Военно-воздушных сил) Ганс Штумпф и представитель Кригсмарине (Военно-морских сил) Ганс фон Фридебург. Свершилось всё 8 мая, в 22 часа 43 минуты, по-нашему было уже 9 мая, 0 часов 43 минуты. В документе оговорено, что только английский и русский текс­ты являются подлинными. Один экземпляр акта передан Вильгельму Кейтелю, а второй доставлен в Москву, ныне хранится в фонде Архива внешней политики страны.
Примечательно, что наш экземпляр Акта в Москву доставили лётчики 2-го Севастопольского авиационного транспортного полка, участвовавшего и в обороне, и в освобождении Крыма: комполка Алексей Семенков, командир экипажа Абдусамат Тайметов, бортрадист Пётр Гордиенко, штурман М. Калинин и борт­механик В. Дёмин. А подписан долгожданный документ ручкой пограничника - тоже символично, ведь они приняли 22 июня 1941-го первый бой. В боевом охранении помещения, где подписывался Акт, стояли пограничники 105-го Краснознамённого Рижского ордена Красной Звезды полка Василий Алексеев, Терентий Аксюхин, Фёдор Беззубчиков и Анатолий Брагин. Именно ручкой последнего, талисманом, взятым из дома в Ленинграде, немцы подписали капитуляцию: с пера чернильного прибора сорвалась капля, Вильгельм Кейтель отказался подписывать пером, потребовав авторучку, она нашлась только у пограничника.
Кстати, не все немецкие генералы согласились с капитуляцией: Фердинанд Шёрнер отвёл свои войска в пригород Праги, назвал полную капитуляцию ложными слухами и заявил, что «хотя борьба на западе окончена, о сдаче большевикам не может быть и речи». Ликвидация Пражской группировки фашистов была окончена Красной Армией 12 мая, сам генерал пленён и осуждён как военный преступник.