Севастополь выстоял

На подступах

Оборона города, вторая в его истории, началась с первого дня Великой Отечественной, 22 июня 1941-го: на рассвете, ещё до официального объявления войны магнитные фашистские мины сброшены для закрытия фарватера, но неровно, на сушу попали, первые жертвы на улице Подгорной, взрослые, дети…. Потом подготовка к борьбе, бои в осаде, 250 дней, и боль от решения «оставить Севастополь», тысячи погибших, брошенные на побережье; и вновь мужество жителей, подпольщиков - сопротивление, до освобождения. Оно свершилось за год до Великой Победы, 9 мая 1944-го, спустя три дня на Херсонесе пленили последних фашистов, 5 дней понадобилось нашим войскам, чтобы освободить город-герой. А 10 мая Москва салютовала Севастополю от имени Родины - 24 залпа из 324 орудий. Третий Сталинский удар (из десяти) на полуострове силами 4-го Украинского фронта Фёдора Толбухина и Отдельной Приморской армии Андрея Ерёменко, в боях за Севастополь - Кондрата Мельника, они объединились для наступления; а ещё - 19-го отдельного танкового корпуса Ивана Васильева (после Ивана Поцелуева), 2-й гвардейской армии Георгия Захарова, 51-й Якова Крейзера, 4-й Константина Вершинина, и 8-й Тимофея Хрюкина, воздушных армий, Черноморского флота Филиппа Октябрьского и Азовской военной флотилии Сергея Горшкова. И возродилась в нашей газете, «Красный Крым», Евгения Степанова и Абрама Райчука, рубрика «На подступах к Севастополю», та, что была ещё в 1941-42-м, когда газета выходила в осаждённом городе. И новые сводки, герои­ческие, наступательные. 23 апреля. «Авиация 4-го Украинского фронта совершила несколько успешных налётов на аэродромы противника в районе Севастополя. Штурмовики под командованием старшего лейтенанта Веселова, старшего лейтенанта Бутова, капитана Некрасова и лейтенанта Антонова прорвались к аэродрому и сожгли 10 немецких самолётов».  24 апреля. «Авиация Черноморского флота наносила удары по судам противника на коммуникациях Севастополь - порты Румынии. Прямыми попаданиями бомб потоплены 7 транспортов противника, быст­роходная десантная баржа и 3 сторожевых катера противника. Авиация 4-го Украинского фронта наносила массированные бомбардировочные и штурмовые удары по немецким и румынским войскам в районе Севастополя. В Южной бухте потоплены два транспорта и самоходная баржа. Наши лётчики совершили успешный налёт на немецкий аэродром и уничтожили 14 самолётов, в воздушных боях и огнём зенитной артиллерии сбито 22 самолёта противника». 29 апреля. «Корабли Черноморского флота ночью обнаружили две группы судов противника в районе Севастополя. В результате ударов наших кораблей потоплены три транспорта противника, сторожевой катер». 30 апреля. «Западнее Севастополя в открытом море корабли Черноморского флота потопили два транспорта противника».
Подготовка к освобождению Севастополя началась сразу пос­ле освобождения Балаклавы, с 18 апреля. Фёдор Толбухин задумал, а представитель ставки Александр Василевский одобрил: главный удар наносить соединениями 51-й и Приморской армий, прорвать оборону врага на Сапун-горе и высоте у села Карань (Флотское). Вспомогательный, на два дня раньше, должны были нанести 2-я гвардейская армия - в районе Бельбека, силами 13-го гвардейского Порфирия Чанчибадзе, и 55-го стрелкового Юрия Новосельского, корпусов прорваться к Мекензиевым горам и Северной бухте. Начать вспомогательный удар планировали 19 апреля, главный - 23-го, но сразу, увы, не удалось, основательно враг подготовил сеть обороны. И мы готовились к бою: 5 мая мощнейший отвлекающий удар нанесла 2-я гвардейская армия, а 7-го начался штурм Сапун-горы. С трёх сторон ворвавшись в город через три дня наши бойцы полностью освободили город, а танкисты 19-го отдельного танкового корпуса пошли на преследование и уничтожение врага, отступившего к Херсонесу.

Радость и боль

И звучал на весь Союз торжественный голос диктора Юрия Левитана: «В Крыму наши войска при поддержке массированных ударов авиации и мощного огня артиллерии вчера, 7 мая, начали штурм сильно укреплённых позиций немецко-фашистских войск, обороняющихся в Севастополе. За два дня ожесточённых боёв наши войска сломили сопротивление противника и на всём протяжении прорвали основную полосу Севастопольского укреплённого района. Наши войска, продвинувшись вперёд до 6 километров, заняли высоты и мощные узлы обороны противника, господствующие над районом Севастополя: Инкерман, гору Сахарная головка, Гайтани, Сапун-гора, колхоз «Большевик», совхоз №10, Карань, гору Каябаш и завязали бои на ближайших подступах к Севастополю». «Наши 
войска заняли Малахов курган, Слободу Корабельную, Слободу Рудольфову, хутор Отрадный, посёлок 6-я Верста, Джанишев <> Сломив упорное ночное противодействие, наши войска несколько часов тому назад, полностью освободили город русской славы - Севастополь. Крым полностью очищен от немецко-фашистских захватчиков». Но радость освобождения была омрачена и болью - ранений, потерь.
Каково это выстоять всю оккупацию и в день освобождения погибнуть от случайного осколка снаряда. Так случилось с дедушкой нашей читательницы и автора, увы, ушедшей из жизни, Лидии Пастуховой. В книге Памяти Севастополя запись: «Пётр Яковлевич Шляховой, 1872 года рождения. Рабочий Севморзавода. Погиб 9 мая 1944-го при артобстреле». «В день освобождения родного Севастополя! Добрейший дедушка Петя, который баловал нас, детей, леденцовыми «петушками» - сладчайшие минуты детства, в котором ещё не было войны, - вспоминала Лидия Сергеевна. - По рассказам бабушки, Пётр Яковлевич нетерпеливо ждал прихода наших. Сапун-гора, Корабельная сторона уже освобождены. Бои в центре города, победа не за горами, и дедушка поспешил покинуть бомбоубежище - погреб, выдолбленный в скале. Надраил до блеска ботинки, запасся в большом количестве табаком - гостинцы освободителям, - вышел на порог дома. Не прошло и минуты, как упал замертво: осколок разорвавшегося неподалёку снаряда попал ему прямо в сердце. Потрясение, которое мы испытали, описать трудно. Выжить под бомбёжкой в суматохе ночи 22 июня 1941 года (ведь в 3 часа 13 минут, как зафиксировано в бое­вых документах штаба Черноморского флота, над городом взметнулись багровые всполохи взрывов), пережить 250 дней ожесточённых и кровопролитных боёв за город, уцелеть в дни оккупационного террора и насилия и погибнуть всего за несколько часов до безмерного счастья - освобождения родного города…».  
Случайные осколки от снарядов - они не выбирают жертв, направление… Осколками, за несколько дней до освобождения города, был тяжело ранен и будущий почётный гражданин Севастополя, будущий поэт Эдуард Асадов. Сын комиссара в Гражданскую войну Аркадия Григорьевича и ждавшей сына с победой Лидии Ивановны, 20-летний гвардии лейтенант, помощник командира батареи 30-й гвардейской миномётной Перекопской бригады. Читаем в наградном листе к ордену Красной Звезды: «В ночь на 4 мая 1944-го батарея готовила залп по фашистам в районе села Бельбек, под Севастополем. Боеприпасы перевозили со старой огневой позиции, которая постоянно обстреливалась противником. Обстреливалась и дорога. Неожиданно впереди идущая машина со снарядами заглохла и остановилась под горой, образовав пробку. Возникла угроза потери всех машин и срыва боевой задачи. Обстрел противником усилился. Гвардии лейтенант Эдуард Асадов, рискуя жизнью, по собственной инициативе с бойцами, находившимися в его распоряжении, вытолкали автомашину на гору, освободив дорогу. После этого Асадов под огнём противника устранил неисправность машины и направился с ней на боевую позицию. Осколки от разрыва вражеского снаряда тяжело ранили гвардии лейтенанта в лицо. Отказавшись от перевязки, зажав раны руками, приказал шофёру везти боеприпасы и его на огневую позицию. Только там выяснилось, что он выполнял боевую задачу с выбитыми глазами, отбитой зубной частью верхней челюсти, с разбитыми скулами и основанием носа. Три крупных осколка фашистского снаряда ослепили лейтенанта, но любовь к жизни и своей социалистической Родине у него остались невредимыми». И вспоминал потом стихами: «Вот долина Бельбека: полынь и камень./ Ах, как выли здесь прежде металл и пламень,/ Сколько жизней навеки умолкло тут…». Эдуард Асадов выжил, вылечили в госпиталях, но вот зрение вернуть, увы, не удалось… «Севастополь, гордый Севастополь -/ Город нашей славы боевой./ И недаром в звании героя/ Ты стоишь, как воин, впереди/ Часовым над кромкою прибоя/ С Золотой Звездою на груди!» - строки 
поэта о городе, ставшем памятником мужества и крепос­ти всех своих защитников. Помним!