Как посол Франции по Крыму путешествовал

«Эта любопытная страна»

- Крым понравился французскому дипломату? - продолжаем беседу с ведущим библиотекарем отдела редких книг Научной библиотеки КФУ имени В. И. Вернадского Раисой Санкиной.
- Барант был очарован природой Южного берега, который «имеет длину около двадцати пяти лье, от Балаклавы до Алушты», - говорит Раиса Николаевна. - Вот как он её описывает: «Горы расположены очень близко к морю и образуют, так сказать, его береговую линию. Вершина образована крутыми скалами; у подножия начинаются склоны, которые почти всегда довольно быстро спускаются к морю.

Дворец в Алупке. 1840-1842 гг. К. Боссоли. 

Побережье извилис­тое, изрезанное мысами и заливами, горная цепь непрерывна, как своего рода стена. Долины неглубокие и поднимаются к вершине, не углубляясь в горный массив. Мы можем сравнить крымское побережье с некоторыми видами Генуэзской Ривьеры. Этот регион отличается мягким климатом зимой и умеренным летом благодаря морскому воздуху. Здесь произрастают южные культуры: виноградная лоза, грецкий орех, оливковое дерево, лавровые деревья, гранатовые деревья либо являются местными, либо давно освоены древнегреческими колониями, генуэзскими поселениями средневековья».
Сначала Барант прибыл в Ялту, где провёл восемь дней, осматривая «эту любопытную страну». Генерал-майор Лев Александрович Нарышкин (двоюродный брат М. С. Воронцова), «чью семью я (Барант. - Прим. ред.) много видел в Санкт-Петербурге, поспешил оказать мне гостеприимство в своём загородном доме в Мисхоре. Невозможно представить себе более любезную заботу, более изысканную вежливость, более предупредительное и великолепное гостеприимство. Весь дом был в моём распоряжении с прислугой, поваром, лошадьми, повозками. Комиссар округа, называемый исправником, сопровождал меня во всех моих поездках», - вспоминал дипломат. В Мисхоре Барант провёл четыре дня, откуда совершал прогулки по той части побережья, которая находится к западу от Ялты. Первой была Алупка, которую де Барант подробно описал в путевом дневнике. К слову,  язык «Воспоминаний» и «Заметок о России» отличается разительно: в первом - деловая, сжатая информация официального лица, во втором - пространное, поэтическое описание нового окружающего мира признанным писателем. Барант считал Алупку одним из самых красивых мест на побережье. Он подробно описывает замок Воронцова и его строительство, при этом считает, что использование гранита больше подходит для феодального замка, чем для загородного дома. Для строительства в качестве плотников и каменщиков Воронцов привлекает своих крестьян и платит им по 800 рублей. Для Баранта - это пример, «подтверждающий дух подлинного либера­лизма».

Ореанда. Дворец.

В последующие дни французский дипломат посетил другие поместья между Мисхором и Ялтой: князя Александра Голицина, графа де Витта, графа Потоцкого и «самое примечательное место - Ореанду». Барант описывает первых владельцев Ореанды: полковника Ревелиоти, графа Кушелева, Александра I и Николая I, который во время пребывания в Крыму в 1837 году подарил Ореанду императ­рице. Сам Николай I, по 
словам Баранта, «не был очарован ни Крымом, ни Ореандой, поскольку предпочитал места более открытые».
На несколько часов Барант остановился в имении М. А. Нарышкиной, с которой встречался 20 лет тому назад в Париже, «когда она уже поссорилась с императором Александром». Долгое время Нарышкина прожила за границей, но «после указа, ограничившего пребывание российских подданных за рубежом пятью годами, она отправилась в Одессу и Крым. В ней уже не видно былой красоты. Тем более любопытна страстная и покорная преданность её племянника, генерала Льва Нарышкина». Однако Барант считает, что «в его преданности нет ничего смешного, это скорее трогательно». Сам Л. А. Нарышкин, по его мнению, «отличается прият­ным лицом, достойными манерами и является занимательным собеседником». Переночевав в маленьком доме некоего господина Исленьева, который присмотрел Л. А. Нарышкин, Барант проследовал в Массандру. Там его уже ждала супруга министра иностранных дел графа Карла Васильевича Нессельроде Мария Дмитриевна и её семья, «расположившиеся чуть подальше в другом доме г-на Воронцова, называвшемся Массандра (в тексте: Nassandra)». 
Елена Озерян. 
(Продолжение следует).

Продолжение. Начало в №№122, 127 за 28 июля и 
4 августа 2026 года.