Офицер с душой поэта

2 Июль 2019 157
Памятная доска поэту в джанкойской школе.
Памятная доска поэту в джанкойской школе. Автора.

Герой Советского Союза Яков Чапичев. Он - в Бессмертном журналистском батальоне «Крымской правды». Памятник фронтовику появился 40 лет назад на территории депо в Джанкое, есть в городе улица имени земляка, а ко Дню Победы в этом году в местной школе №3 открыли памятную доску герою. В Симферополе, на проспекте Кирова, 5, неподалёку от места, где много лет жила семья, мемориальную доску открыли в 2013-м. В столице республики это, пожалуй, вся память о человеке, беззаветно любившем город и полуостров, писавшем «вблизи Салгира рос я молодым,/ И юность промелькнула безмятежно./ Как я любил тебя, мой чудный Крым!/ Неугасимо, ласково и нежно». Даже на стелах с именами крымчан - Героев Советского Союза у Вечного огня строчка «Чапичев Яков Иудович» так и не появилась (?!). Назвать улицу в его честь в столице собирались дважды, в 1985-м и 2011-м, запросы в архив Минобороны направляли, чтобы «подтвердили боевой путь». Но, видимо, не судьба памяти пробиться сквозь чиновников. И только неравнодушные люди, единоверцы, земляки, не забывают.

От Парижа до Бреслау

В этом году 26 октября исполнится 110 лет со дня рождения Якова Чапичева. Официально во всех биографиях, в том числе и написанной собственноручно в 1943-м, указано, что родился в Новороссийске. Но в детстве, прошедшем в Джанкое, мальчика из крымчакской семьи звали то цыганом за смуг­лость кожи, то французом - за место рождения. «Он родился в Париже, был выращен и воспитан Советской Россией и погиб на баррикадах восставшего Пекина» - эти строки Яков Иудович (Иегудович) мечтал написать в автобиографическом романе. Их приводит в своей книге «Здравствуй, Чапичев!», написанной в 1961-м, Эммануил Фейгин, друживший с нашим героем ещё с тех времён, когда юный Яков был учеником парикмахера. Будущий Герой Советского Союза действительно родился в предместье Парижа, как и его младшие брат и сёстры. Их небогатые родители уехали из Крыма в 1907-м, решив поискать счастье в Америке, но не добрались - бедствовать продолжили во Франции. Лишь после Гражданской войны родня из Крыма помогла вернуться на Родину, сначала жили в Симферополе, потом перебрались в Джанкой, затем опять в Симферополь. Но в официальных документах упоминать о французском рождении было опасно, поэтому и возник Новороссийск.
И гибель на чужбине Яков Иудович предвидел в ненаписанном романе. «Эпоха войн и революций», - отвечал другу, недоумевающему, как можно предугадать судьбу. Ошибся только в месте: не восставший Пекин, а сопротивлявшаяся фашистская крепость Бреслау (ныне Вроцлав в Польше).
- Из Центрального архива Министерства обороны страны прислали копию наградного листа - представление к званию Герой Советского Союза (посмертно) на майора, замкомандира батальона по политчасти 243-го стрелкового Волжского полка 181-й стрелковой Сталинградской ордена Ленина Краснознамённой дивизии, -  рассказывает краевед Борис Берлин. - В нём описание лишь нескольких боевых эпизодов, в которых наш героический земляк «увлекал за собою бойцов и побеждал». И гибель описана 9 марта 1945-го: «Шёл бой за завод. Тов. Чапичев с одним бойцом, вырвавшись вперёд и уничтожив 8 немцев, загнали их на исходные позиции. Лично захватил 2 солдат в плен. Особенно укреплён был один большой дом. Тов. Чапичев с разведчиком быстро под огнём противника бросился к дому, вдвоём они забросали гранатами сидящих там немцев и освободили угол дома. Рота рванулась на помощь, и начался бой. Разведчик ворвался в комнату, где сидели немцы, вместе с тов. Чапичевым в рукопашной схватке убили
6 немцев, 3 оставшихся стали уходить, отстреливаясь. В это время тов. Чапичев погиб от пули врага». Спустя три месяца нашему земляку посмертно присвоили звание Героя Советского Союза.
Кроме медали Золотая Звезда, у крымчанина - ордена Красной Звезды за освобождение Северного Кавказа и Кубани, Отечественной войны - за прорыв укреплений в Польше.
В детстве ещё один друг, Тима, говорил Якову: «С твоим справедливым характером будешь либо героем, либо мертвяком, а подлецом и трусом - никогда».

«Родине клятву даю»

Ещё он был журналистом, поэтом. В 20 лет парень устроился кочегаром в депо станции Джанкой, тогда же вступил в комсомол и стал корреспондентом «Живой газеты», так называли агитбригады. В 1930-м судьба впервые свела Якова Чапичева с нашей газетой, тогда «Красным Крымом». Нет, конечно, он мог читать её и раньше, но в тот год столкнулся с газетной болью - гибелью в Джанкойском районе нашего селькора Григория Найды, застреленного за публикации против кулаков. Яков Чапичев был среди комсомольцев, дававших прощальный ружейный залп на похоронах. И очень хотел потом отомстить убийце, даже искал его сам. Увы, неизвестно, наказали ли тогда убийцу, но, судя по похожим фактам из тогдашней истории газеты, да.
Возможно, на похоронах комсомолец познакомился с тогдашним редактором газеты Иваном Поляковым. Но посылать ему заметки будущий Герой Советского Союза ещё не решился. Коллеги вспоминали, что писать в газету Яков Чапичев начал в конце тридцатых прошлого века, служа начальником клуба 3-й Крымской стрелковой дивизии имени ЦИК Крымской АССР в Симферополе. Редакторы тогда были уже иные. Архивы издания за те годы почти не сохранились, во всяком случае, заметок за подписью военного мы не нашли, хотя, возможно, он писал и под псевдонимом. Дивизия же для Якова Иудовича стала родной на 8 лет: с ноября 1931-го служил срочную в артиллерийском полку, потом - сверхсрочную, командиром орудия. Вместе с ней в ноябре 1939-го передислоцировался на Дальний Восток.  Добровольцем ушёл в политруки батареи во время конфликта на Халхин-Голе. Также добровольцем - и на Великую Отечественную. Дивизия оставалась на Дальнем Востоке, в боях с фашистами не участвовала, охраняя рубежи Родины от японских милитаристов, но почти 15 тысяч бойцов подали рапорты о направлении на фронт.
- Яков Чапичев воевал на Волховском (потом были Северо-Кавказский, 3-й и 1-й Украинские. - Ред.) фронте, осенью 1941-го защищал Ленинград, - продолжает краевед. - Политрук 60-й танковой дивизии тогда впервые ранен и контужен (затем будут ещё 3 ранения. - Ред.). Их танк принял бой, уничтожив немало врагов, но был подбит, загорелся. Башенный стрелок, увы, имя его неизвестно, погиб сразу, раненые Яков Чапичев и механик-водитель Николай Потапов сумели выбраться, до последнего отстреливались от наступавших фашистов. Потом механик-водитель дотащил потерявшего сознание политрука до леса. «Теперь он мне как брат», - говорил Яков Иудович.
К сожалению, названный брат, кстати, Яковлевич, из Башкирии, погиб через два месяца, в ноябре 1941-го, под Тихвином. В декабре 1941-го фашисты в Симферополе расстреляли отца и маму политрука Чапичева. Очевидцы вспоминали, как вели их «на расстрел к противотанковому рву у совхоза «Красный». Через весь город из того, ныне снесённого, дома в Колхозном переулке, рядом с которым десятилетия спустя открыли мемориальную доску герою. В боях за Севастополь весной 1942-го погиб родной брат Марк. О таких, как они, непокорённых, Яков Чапичев писал: «Быть честным и храбрым советским героем я Родине клятву даю».
Стихи сочинять начал в детстве, даже когда ещё не умел читать и писать (подростка этому научил друг Эммануил Фейгин), придумывал строки - благо память отменная, без записи обходился. К сожалению, самые первые стихотворения не сохранились, но зато знаем, что два сборника вышло - «Мужество» в 1939-м в Крымском госиздательстве и «Родному Крыму» в 1943-м. Второй выпустила наша газета в Сочи, куда перебралась пос­ле оккупации полуострова. Фронтовые заметки в «Красный Крым» Яков Чапичев тогда уже не посылал, хотя боевым корреспондентом несколько месяцев был - на Волховском фронте в армейской «В бой за Родину». А вот стихотворения в нашу газету отправлял.
И даже сам приезжал в коллектив, который возглавлял на Кавказе замредактора Абрам Райчук (редактор Евгений Степанов был в партизанском отряде на полуострове). В номере за 14 сентября 1943-го читаем о «творческом отчёте крымского поэта-фронтовика, гвардии капитана - орденоносца». Он прочёл стихи, посвящённые героическим подвигам бойцов Красной Армии и родному солнечному полуострову, заверив: «настанет день, ты вновь увидишь нас,/ Того, кто немцев вышвырнет из Крыма!.. Мы отомстим, и страшным будет мщенье! За то, что, оскорбляли нашу речь, / За то, что срублен кипарис и тополь,/ За наш Джанкой, за Ялту и за Керчь,/ И за бессмертный город Севастополь!». В ответ партизан К. из тех раненых, что были эвакуированы из крымских лесов на лечение в Сочи, пожелал поэту «ещё больших творческих успехов. Твоё слово, бойца-поэта, помогает нам изгонять немецких оккупантов с нашей земли».
До последнего изгонял их и сам Яков Чапичев. И до последнего в кармане его гимнастёрки лежал билет члена Союза писателей Крымской АССР, его пробила вражеская пуля и залила кровь офицера с душой поэта.

Стихотворение Якова Чапичева в номере нашей газеты за 1 сентября 1943 года.

 

 

Наталья ПУПКОВА.