Если бы не Крым...

По совету Чкалова
Первым на учёбу в Качу (или, как говорили сами курсанты, на Качу) осенью 1938-го приехал 17-летний Василий Сталин. До этого он, как и большинство детей советских руководителей, учился в военной спецшколе, но там не было предметов, связанных с авиацией, да и в аэроклубе сын Иосифа Сталина не занимался. Но небо тянуло - лётчик был тогда самой героической профессией. Василий Сталин вспоминал, что стать лётчиком-истребителем ему, мальчишке, посоветовал знаменитый Валерий Чкалов, Герой Советского Союза.
А на Каче Василию довелось жить в комнатке другого Героя Советского Союза - Полины Осипенко. В комнатку при штабе его вначале поселили руководители школы, попытавшиеся создать сыну вождя особые условия: личная охрана, еда из офицерской столовой, возможность свободного передвижения, поездки по Крыму на мотоцикле «Харлей». Их тогда очень много закупали для армии, и один Сталин подарил сыну на школьный выпускной. Через несколько недель Василий чуть не разбился на крутом повороте. Когда руководителю страны доложили, он поинтересовался, почему вместо занятий отпрыск развлекается, а узнав о привилегированных условиях, сказал, что его сын ничем не отличается от других курсантов. Василия Сталина переселили в общую казарму, убрали гласную охрану, перевели на общее довольствие. Товарищи по учёбе вспоминали, что он был добрым, весёлым и справедливым.
Впрочем, две привилегии остались. В полёты курсанта Сталина обязывали брать парашют, в то время как другие обходились без него, хотя риск на тех самолётах был огромный. Василий, вспоминали товарищи, противился - парашют занимал много места в кабине, но был приказ: не рисковать жизнью сына вождя. Зато в войну летал без парашюта со словами: «Хватит им Якова» (старший брат - артиллерист в июле 1941-го, выходя с бойцами из окружения, попал в плен к фашистам и погиб). А ещё у Василия Сталина было три самолёта - учебный, переходный и боевой, у других курсантов тоже три, но на 8 - 10 человек. Неудивительно, что лётного времени у него было больше всего. Летал охотно, стараясь освоить все возможные типы самолётов, а вот теоретические занятия не любил. Начальнику Качинской школы комбригу Иванову пришлось даже отцу написать. Сообщив о лётных успехах, пожаловался, что отказывается изучать теоретические дисциплины. Иосиф Сталин ответил: «Уважаемый товарищ Иванов! Благодарю вас за заботу о моём сыне. Надеюсь, что он выйдет от вас хорошим лётчиком. Что же касается теории, то прочтите ему следующие строки: «Дорогой Вася! Если ты любишь меня, то полюби теорию» и аргументированно доказывал, почему она важна. Василий отца любил, даже написал ему: «Не приеду до тех пор, пока не кончу школу, потому что, думаю, тебе будет приятней встретиться со мной уже окончившим школу».
Качинское училище Василий Сталин окончил в марте 1940-го. С отличием, не из-за фамилии, а из-за того, что полностью отдавался учёбе. Инструкторы его Константин Маренков и Фёдор Прокопенко указывали в характеристике выпускника: «Теоретическая успеваемость отличная. Техника пилотирования отличная. Летать любит, физически развит хорошо. Строевая подготовка отличная. По личным и лётным качествам может быть использован в истребительной части как лётчик-истребитель и достоин присвоения военного звания «лейтенант», так как все предметы и технику пилотирования сдал на «отлично». Проверен и в экстремальных ситуациях: сумел посадить неуправляемый самолёт, в который попала молния. Службу Василий Сталин, уверенный, что «в небе вольности недопустимы», начал в 16-м истребительном авиаполку. Поступил в Военно-воздушную академию, но, решив «не время наукой заниматься», перед Великой Отечественной ушёл на курсы усовершенствования авиационных командиров.
В годы войны был и начальником инспекции ВВС Красной Армии, и боевым лётчиком под Харьковом, Сталинградом, в боях за Берлин, награждён четырьмя боевыми орденами. На его боевом самолёте было написано «За Володю» - 18-летнего Владимира Микояна, погибшего в первом бою. Василий Сталин сбил два фашистских самолёта.
Артековец Тимур
В 1920-м Михаил Фрунзе освобождал Крым от белогвардейцев, спустя 15 лет в детском лагере «Артек» отдыхал его сын Тимур - в память о нём и других погибших в Великую Отечественную артековцев установлена каменная глыба. В 1940-м выпускник военной спецшколы Тимур Фрунзе вместе с другом Степаном Микояном поступил в Качинскую Краснознамённую военную авиационную школу. Писал приёмному отцу Климу Ворошилову: «Выбор моей профессии предопределён историей. В современной войне самым грозным оружием будет авиация. Я хотел бы владеть им. Вы не раз повторяли мне слова отца: «Мой сын будет настоящим большевиком. На нём должна быть двойная ответственность: фамильная - кадрового революционера и преемственность молодого поколения». Это справедливо, и я буду выполнять это всегда».
«Спортивный, весёлый, хороший товарищ», - вспоминали о Тимуре друзья-курсанты. Великую Отечественную он встретил в Каче - подняли по боевой тревоге, а окончил школу уже в Красном Куте Саратовской области. В конце декабря 1941-го получил назначение в 161-й истребительный авиаполк, участвовал в Демянской наступательной операции. «С огромным рвением шёл в бой», - вспоминали товарищи, за несколько дней совершил 9 боевых вылетов и 2 воздушных боя, лично сбив два фашистских самолёта и ещё один в паре.
В том последнем бою 18-летний Тимур Фрунзе и погиб: патрулируя в районе Старой Руссы в паре с командиром звена Иваном Шутовым, обнаружил 30 бомбардировщиков в сопровождении истребителей. Удалось сбить два вражеских самолёта, прикрывая повреждённую машину командира, Тимур Фрунзе израсходовал боекомплект и был убит в воздухе - осколок снаряда попал в голову. Горящий «Як» врезался в землю неподалёку от деревни Отвидино, после войны останки лётчика перезахоронили в Москве. Посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.
Сыновья Анастаса
Из пятерых сыновей Анастаса Микояна трое стали лётчиками, двое - Степан и Владимир - учились в Качинской авиашколе. Степан - в Крыму, Владимир - уже в эвакуации в Саратовской области, а на полуострове братья совсем маленькими были ещё в 1924-м. Вместе с другом Тимуром Фрунзе Степан Микоян окончил десятый класс военной спецшколы и поступил в Качинскую авиационную. «Мы ехали поездом до Севастополя, отметив в пути День авиации - 18 августа. А 19 августа качинским автобусом, который подбирал «своих» пассажиров с московского поезда, добрались до Качи. От Севастополя дорога шла вдоль берега моря, военный городок Кача стоял тоже на берегу моря вблизи устья одноимённой речушки, - вспоминает Степан Анастасович, которому через месяц исполнится 94 года. - Впервые в жизни поднялся в воздух 5 сентября 1940 года. Больше всего запомнились коровы на лугу, казавшиеся крохотными, и морской прибой, как будто на берегу небольшой речки. В апреле 1941 года наша эскадрилья перебазировалась в лагерь на берегу моря недалеко от деревни Альма-Тамак (Песчаное). Мы шли с винтовками, вещевыми мешками и шинельными скатками. Погода была жаркой, а идти 18 километров. После почти двух часов пути вдруг раздалась команда: «Газы!» - пришлось надеть противогазы, а затем: «Бегом, на рубеж!» - и мы побежали к ложбинке в километре от дороги. Можно представить, какими усталыми мы подошли к месту, где был размещён лагерь. Мечтали об отдыхе, но не тут-то было - новая команда: «Ставить палатки!». У каждого курсанта котелок и кружка зацеплены за поясной ремень, ложка - за голенищем. Из котелка едят поочередно первое и второе блюда. Мы с Тимуром экономим время - в один котелок берем суп на двоих, в другой - второе тоже на двоих и едим из одного котелка. В первомайский праздник командование устроило нашей группе «в качестве поощрения» настоящий праздник - выделили автобус, и мы поехали на Южный берег Крыма. Впечатление от того, что предстало перед нами после долгого подъёма по серпантину к Байдарским воротам, трудно передать словами».
22 июня 1941-го встретили уже на Каче, подъём по боевой тревоге. «Мы с Фрунзе бежали на аэродром рядом, в полном боевом снаряжении. Помогали укрывать самолёты и несли караул по периметру аэродрома. Больше в казарме не ночевали, перевели на один из аэродромов школы, там летали, там и жили, спали под крыльями самолётов на охапках сена. Каждую ночь наблюдали лучи прожекторов над Севастополем и иногда сверкавшие в них точки самолётов, слышали выстрелы зенитных орудий и разрывы бомб. Днём, севернее, проходили наши бомбардировщики, взлетавшие с крымского аэродрома Сарабуз. Они шли на Констанцу. Через некоторое время возвращались, но уже не все». Потом школу перевели в Красный Кут, после выпуска Тимура Фрунзе и Степана Микояна назначили в 16-й истребительный полк, летали на «МиГ-3», но вмешался Василий Сталин, тогда инспектор ВВС, сам переучивавший друзей летать на современнейших «Як-1».
Воевал в истребительном авиаполку, оборонявшем Москву, под Сталинградом и на Северо-Западном фронте в 434-м авиаполку под командованием Василия Сталина. В составе группы сбил 6 самолётов противника. Войну закончил с двумя боевыми орденами. После стал лётчиком-испытателем, освоил 102 типа летательных аппаратов, в 1975 году за проявленное мужество и огромный вклад в лётно-испытательную работу Степану Микояну присвоено звание Героя Советского Союза.
Вместе с братом в 434-м истребительном авиаполку воевал и 18-летний Владимир Микоян. В Качинской авиашколе он оказался в конце июля 1941-го, в 17 лет, после 9 класса, убедил родителей, что это его. «Добился своего - пошёл в лётную школу, - писал Владимир однокласснику. - Летаем каждый день. Стёпка уже получил звание лейтенанта, сейчас под Москвой, имеет боевые вылеты. Завидую ему». Владимир рвался на фронт, но после выпуска в феврале 1942-го его, едва отметившего 18-летие, и других выпускников направили на дополнительные тренировки при инспекции ВВС, где новобранцы приобретали опыт и осваивали новейшую технику.
Первый и последний бой Владимир принял 18 сентября 1942-го. Уничтожил немецкий бомбардировщик, рухнувший в нескольких километрах от Котлубани в Сталинградской области, но попал под огонь вражеского истребителя и, получив серьёзное ранение, направил горящий самолёт на скопление техники фашистов. Старший брат Степан вспоминает, что после разгрома немцев под Сталинградом по приказу маршала Жукова искали останки самолёта, но «там вся земля была перепахана взрывами бомб, снарядов и падавших самолётов - не нашли». Уже в наши дни поисковики нашли в поле фрагменты «Яка» и кости пилота, предположили, что находки имеют отношение к воздушному бою, происходившему в этих местах 18 сентября 1942 года, но идентифицировать из-за малого количества материала, ничего не удалось. Посмертно 18-летний Владимир Микоян награждён орденом Красного Знамени.
Это некоторые крымские события и люди, без которых мировая история развивалась бы иначе. Ждём ваших писем: 295000, Симферополь,
ул. Генерала Васильева, 44, или pisma@с-pravda.ru