Служил Богу и людям

Недавно о нём вели разговор в Большом зале Мос­ковской духовной академии во время презентации трёх сборников его проповедей,  изданных Культурно-просветительским центром Троице-Сергиевой Лавры «Киновия». Именно проповедь святитель Лука считал делом всей своей жизни, признаваясь неоднократно: «Моим призванием от Бога была проповедь». Именно за проповеди он получил звание почётного члена Мос­ковской духовной академии.

Среди специальных гос­тей презентации был клирик симферопольского Троицкого собора, автор диссертации и книг об архиепископе Луке протодиакон Василий Марущак. Исследователь жизни подвижника, отец Василий собрал многочисленные свидетельства чудесной помощи Крымского святителя людям, попавшим в трудные, практически неразрешимые жизненные обстоятельства. И свидетельства о том, по словам отца Василия, поступают почти ежедневно: святитель Лука продолжает помогать, исцелять и наставлять на путь истинный. Новое трёхтомное издание сгруппировано по темам: «О болезнях души и тела»,  «О добродетелях»,
«О страстях». Более половины проповедей опубликованы впервые. 

Жизненный подвиг святого - нравственный ориентир общества. Особенно, когда материальные ценности преобладают над духовными, что наблюдается в наше время. Важны и поучительны любые сведения о враче Богомудром, жизнь свою озарившем светом негасимым. Продолжают открываться новые страницы его поистине крестного земного пути. А воспоминания потомков выдающегося человека создают его правдивый образ.

 Четверо его детей прожили достойную жизнь. Три сына и дочь продолжили дело отца: все стали докторами наук, медицинских, биологических. Продолжил династию внук Войно-Ясенецкого, сын Михаила Валентиновича Алексей, стал доктором медицинских наук. По стопам прадеда, деда и отца пошла Татьяна Алексеевна Войно-Ясенецкая.

Внучка Ольга Валентиновна  стала крупным специалис­том по патологоанатомии. Она написала воспоминания о дедушке, основанные на детских впечатлениях.

Внучатую племянницу святителя Майю Дмитриевну Прозоровскую в Крыму хорошо знают. Она прожила в доме дяди пятнадцать лет, приехав с мамой по его приглашению в 1946 году, когда архиепис­коп Лука был назначен на Крымскую кафедру, и почти до самой смерти совмещал пастырскую деятельность с врачеванием. На дверях его комнаты висела табличка: «Приём больных ежедневно, кроме субботы и воскресенья. Для всех бесплатно». Тетрадь приёма вела мама Майи. 

- Время было послевоенное, голодное, и он всегда маме наказывал: «Вера, Боже сохрани, если ты у кого возьмёшь хоть копейку денег или какое-нибудь подношение», - вспоминала в одной из наших бесед Майя Дмитриевна.

А ещё рассказывала: «Мы с мамой каждый день варили большую кастрюлю каши и раздавали нуждающимся. Кашу заправляли постным маслом. Готовили на маленькой кухоньке, водопровода не было, носили воду в вёдрах. Дедушка был аскетом невероятным! Самостоятельно ходил в общественную баню пешком. Меня он называл Марусей, имя Майя не любил, как не православное. И называл всегда внучкой».

Большая семья была дружной, держались друг за друга и в радости, и в бедах. Майя Дмитриевна, которой уже 95 лет, помнит, как все часто собирались в Алуште, где владыка снимал небольшой домик, в который набивалось до 15 человек. Сыновья, занимавшие видные должности, старались как можно больше помочь отцу деньгами: они ведь знали, что всё архиерейское жалованье он тратит на помощь нуждающимся. 

Интересный факт связан с поступлением Майи Дмит­риевны в Симферопольский пединститут. Экзамены сдала успешно, но в списках поступивших свою фамилию не нашла. Узнав о такой вопиющей несправедливости, причиной которой стало то, что она - родственница попа, как ей шепнула на ушко одна из преподавательниц, взбешённый этим владыка написал письмо Сталину. Ответ из канцелярии главы государства пришёл в институт с резолюцией: «Принять!». Институт Майя окончила с отличием, и многие годы преподавала в Симферополе.

Одна из наших встреч состоялась вскоре после воссоединения Крыма с Россией. Майя Дмитриевна не скрывала радости. Призналась, что её пугала оголтелость украинских депутатов: «Страшно было смотреть на злобные лица людей, которые готовы были накинуться на любого, не согласного с ними. Слава Богу, что крымчане вернулись на Родину, которую покинули не по своей воле, с минимальными потерями, не пролились реки крови. Думаю, что об этом и дядечка Господа попросил вместе со всеми нашими небесными покровителями и защитниками».

Майя Дмитриевна бережно хранит подаренные владыкой книги с его напутствиями. Всегда с волнением читает продиктованные нежностью строки. На книге Данте Алигьери «Божественная комедия»: «Внучке моей Марусе, которую люблю за доброе и чистое сердце, в день двадцатилетия её юной жизни, во благословение на долгую и угодную Богу жизнь». На книге Глеба Успенского «Нравы Растеряевой улицы»: «Читай, милая Маруся, об этих бедных людях, стоящих на низкой ступени человеческого достоинства, и жалей их. А сама стремись к тому высшему достоинству, к которому призывал нас Христос великим словом: «Будьте совершенны, как совершенен Отец ваш небесный. Чистотой, кротостью и любовью да сияет твоё сердце пред людьми».

На обороте своей фотографии написал: «Милой моей внучке Марусе, образу благонравия, серьёзности и чис­тоты, в день её ангела 1/14 апреля 1951 г.».

О Майе Дмитриевне заботится внучка, Май Тум, праправнучка старшего брата святителя преподаёт на кафед­ре психологии КФУ.

В доме Валентина Феликсовича жил с шести лет также его внучатый племянник, известный в кругах творческой интеллигенции полуострова в девяностых годах художник Георгий Николаевич Сидоркин, внук младшего брата владыки Павла Феликсовича. Его владыка, как и Майю, называл внуком. Когда Георгий подрос, сопровождал дедушку в поездках по епархии, помогал ему в быту, читал книги и газеты. Любовь к изобразительному искусству перенял от него, совмещавшего в юности учёбу в киевской гимназии и в рисовальной школе. От любимого занятия искусством Валентин Феликсович отказался в пользу дела, которое считал более необходимым людям. Георгий Николаевич отмечал, что почитали архиепископа Луку везде, где он побывал, проповедуя Христа: в Ташкенте, Тамбове, Москве, Новосибирске, Иркутске, откуда ему приходили письма с благодарностями за наставления и поддержку. Духовный подвиг архиепископа помог многим обрести смысл жизни. 

Святителя Луку почитает весь православный мир. Далеко за сотню перевалило число церквей и часовен в его честь в разных российских городах. Более тридцати - в Греции, есть они и в других странах.

По инициативе академика Российской академии медицинских наук Александра Чучалина создано «Общество православных врачей России имени профессора Войно-Ясенецкого». 

Крым стал последним земным пристанищем владыки, любившего свою малую родину, стремившегося в родную Керчь, где родился. И был маяком во всех мытарствах, коих выпало на его долю немало. До признания заслуг, звания лауреата Сталинской премии первой степени, он дважды подвергался арестам, трижды приговаривался к ссылке, провёл в неволе долгие одиннадцать лет, не переставая служить Богу и людям. 

Когда его спрашивали, как вынес всё это, отвечал просто: «Рядом со мной Бог, а с Ним всё возможно».

Его земной круг замкнулся там, где начался. И всем крымским поколениям он будет своим, родным человеком. А своими потомками святитель, наверняка, гордится в своём далеко далёком. 

Его наставления - нравственная опора. Их много. Каждое от его души - нашим душам. И в каждом та сермяжная правда, без которой никуда…

Стоит Христос у двери сердца каждого из вас, потихоньку стучит, и ждёт - не отворится ли дверь, не впустят ли к себе. И стоит только отворить дверь, чтобы вошёл Он и вечерю с вами сотворил.

Совесть дана от Бога всем, но от человека зависит, слушать голос совести и следовать ему или заглушать этот голос.

Бог близок к нам, когда имеем постоянное общение с Ним в молитве и делах любви.