«Нет, мы окопов не копали»

28 Март 2020 937

«Нет, мы окопов не копали/ И по-пластунски не ползли,/ А мы в войну с тобой летали,/ Ведь мы - рабочие войны./ Нелёгкий путь на долю выпал/ Нам на дороге фронтовой/ В смертельный бой с врагом вступали/ Мы между небом и землёй./ И слышны в небе позывные:/ «Дружок - двадцатый, я - второй./ Я атакую «Мессершмитта»,/ Меня от «Фоккера» прикрой»./ Меня прикрыли и, что я слышу!/ Я снова слышу позывной:/ «Второй, второй, из боя вышел./ Горю! Прощай, мой дорогой!/ Прощай, братишка! Отомстите!/ И не пишите маме, нет!/ Пусть ждёт, надеется, что встретит,/ Мне завтра было б двадцать лет…». Эти строки к 40-летию Победы написал Николай Александрович Филатов. Они - выстраданные, пережитые, ему, рождённому 10 апреля 1923-го, самому было 19 лет, когда чудом выжил после смертельного, как сказали в госпитале, ранения и контузии. Лётчик-истребитель, выпускник Борисоглебского авиационного училища, боевой путь начал под Сталинградом. Медаль «За отвагу», ордена Красной Звезды и Отечественной войны. Вспоминал, как однажды в пылу срочного вылета («только вернулся с задания и вновь») забыл парашют («всё равно, что подписать смертный приговор»). Но всё-таки смекалка и мужество помогли выполнить приказ, уничтожить вражеский бомбардировщик - «нырнул под него, вылетел прямо перед «мордой», метров с 50 открыл огонь в упор». Воевал на одноместном Ла-5 в составе 8-й воздушной армии: если бы не тяжёлое ранение в ноябре 1942-го, мог бы с ней позже освобождать и Крым. Под Астраханью во время боевого вылета снаряд вражеской зенитки разорвался прямо над кабиной, осколок буквально распорол лёгкое, лётчик потерял сознание. «Очнулся от мучительной боли - самолёт попал в штопор. Кровь хлынула в горло и, чтобы дышать и оставаться в сознании, я начал петь. Самолёт удалось посадить». После госпиталя ещё некоторое время летал, но потом врачи запретили, перевели в пехоту, позже комиссовали, направив военруком в один из освобождённых городов. Один из тех, кто приближал Великую Победу. «Крымская правда», «Красный Крым», не прекращавший выходить в годы Великой Отечественной, продолжает отсчёт дней до 75-летия Победы. Вместе с вами, уважаемые читатели, мы вспомним события, имена, подвиги. Ждём ваши письма.

Пел во время боевых вылетов и наш земляк, полковник в отставке, Фёдор Лаврентьевич Гаврилов. Говорит, песня помогала справиться со страхом и настроиться на Победу. Он родился 16 мая 1925-го, на фронт рвался сразу после начала войны, три брата уже защищали Родину (один, тоже Фёдор, погибнет в сентябре 1942-го под Сталинградом, Пётр - в марте 1943-го на Кавказе, Никандр - в апреле
1945-го в Польше), но направили толкового паренька руководить колхозом. Призвали лишь в начале 1943-го, зачислив на учёбу во 2-ю Ленинградскую военно-авиационную школу имени Краснознамённого Ленинского комсомола, что была эвакуирована в Омскую область. Стрелок-радист на Ил-2 в 873-м (188-м Гвардейском Будапештском орденов Кутузова и Александра Невского) штурмовом авиаполку.
- Первый боевой вылет произошёл у меня под Смоленском в конце ноября
1943-го, - рассказывает фронтовик. - Наша пехота наступала, нужно было уничтожить отступающие войска противника, а также в пике атаковать его пушки и танки. Затем мы в составе 2-го Украинского фронта освобождали Украинскую, Молдавскую ССР, Румынию, Венгрию, Австрию, Чехословакию. Уже после капитуляции Германии, после Победы 9 мая 1945-го, приходилось, вплоть до 13 мая, вылетать на боевые задания: часть фашистов пыталась прорваться в Чехословакию. Увы, и тогда не обошлось без потерь - в соседнем, 568-м штурмовом авиаполку погиб капитан Казим Астхотович (Киазим Хотхотович) Аграба: снаряд вражеской зенитки попал в кабину.
Сам Фёдор Лаврентьевич под обстрел вражеских зениток попал осенью 1944-го в Венгрии: «Чувствую, в сапогах потеплело. Опускаю руку - кровь. Но лётчик мой, Ваня, Иван Григорьевич Банных, мы с ним всю войну пролетали, смог посадить крылатую машину». Штурмовик Ил-2 считался отличным самолётом, но кабина для стрелка-радиста (он должен был не только вести огонь, но и передавать сообщения в радиоэфир) была защищена чуть хуже, чем у пилота: на каждого погибшего лётчика штурмовика приходилось по грустной военной статистике семеро убитых стрелков-радистов. Но Фёдору Гаврилову, награждённому на фронте медалью «За боевые заслуги», орденом Красной Звезды, двумя - Оте­чественной вой­ны повезло выжить. Хотя и ранен был, и контужен, а пос­ле одного из боевых вылетов в Венгрии его мама получила похоронку на младшего сына. Тогда, 17 ноября 1944-го, погибли его товарищи - 22-летний лётчик Геннадий Семёнович Тюринов (Тюриков) и 23-летний воздушный стрелок Телепов (Николай Ильич Тупий).  Погибли в ноябре 1944-го и лётчики, воздушные стрелки полка 24-летний Юрий Мартынович Сухих, 22-летний Иван Артёмович Копытов, 19-летний Степан Александрович Безденежный.
А наш герой 24 июня
1945-го чеканил шаг по брусчатке Красной площади в Москве - в парадном батальоне лётчиков сводного полка 2-го Украинского фронта. Парад Победы, парад героев войны! Давайте вспомним о них, земляки! Ждём ваши рассказы, фотографии своих героев Великой Отечественной. До Победы, до её 75-летнего юбилея, осталось 42 дня.

Наталья БОЯРИНЦЕВА.