«Наша элита по-прежнему состоит из мафиозных сообществ»

22 Апрель 2024 2597
Захар Прилепин. Фото Алексея БЕЛКИНА.
Захар Прилепин. Фото Алексея БЕЛКИНА.

«На Украине какая-то часть их элиты уже ждёт момента, чтобы можно было сказать: «Всё, пора прекращать. У нас 500 тысяч человек на кладбище зарыты. Надо заканчивать». Конечно, если бы мы начали в 2014-м, ничего подобного бы не случилось. Мы бы зашли в Киев, была бы пара стычек. Но такого огромного числа погибших удалось бы избежать», - говорит писатель Захар Прилепин. «БИЗНЕС Online» он рассказал о том, был ли шанс избежать большой войны в Европе, почему президент Украины Владимир Зеленский уже не «смешной комик», а власть прощает возвращенцев типа бизнесмена Михаила Фридмана.

«Надо так дожить…»

- Вы уже говорили, что планы террористов в отношении вас не сняты. Не появился ли после покушения на вас страх, что они будут пытаться повторить? Или к вопросам жизни и смерти у вас по-прежнему философское отношение, о чём вы писали, например, в книге «Некоторые не попадут в ад»?

- Ощущение предопределённости даже усилилось. В каком-то смысле появился фатализм. Как говорят русские люди, Господь присмотрит, Господь управит. В прежние времена я хоронил товарищей через какие-то промежутки времени. Потом все дорогие мне люди были выбиты один за другим. Переход из одного состояния в другое происходит настолько быстро, что вообще перестаёт восприниматься как трагический. Так может случиться в любую секунду. Раньше я об этом особо не думал.

В своё время у меня был товарищ Воха. Он командовал батальоном «Спарта» после гибели Моторолы. Я его как-то спросил: «Воха, а ты не боишься?». Даже не про смерть, не про войну, а про что-то другое. И он говорит: «Я боюсь только одного: как я в глаза посмотрю Бате (в смысле Захарченко) и Мотороле». Я тогда подумал, что это офицерская поза. Понятно, что он за неё отвечал на 200%, но мне показалось, что это прос­то красивая формулировка.

А сейчас я живу с совершенно твёрдым ощущением, что надо так дожить оставшийся срок, чтобы спокойно встретиться там с Графом, со Злым, со всеми моими ближайшими товарищами и ни в чём не испытать стыда перед ними. Я назвал два имени. На самом деле их гораздо больше. И это чувство основное. А обо всём остальном я не переживаю. Как говорил старик Лимонов, смерть - это профессиональная болезнь человека.

- К сожалению, на территории России терактов становится всё больше…

- На самом деле терактов гораздо меньше, чем могло быть.

- Но всё равно всё чаще погибают люди, в том числе известные, наносятся удары по объектам, включая знаковые, такие как Крымский мост. Беспилотники прилетают не только на приграничные территории, но даже в Москву. Этому можно эффективно противодействовать? Или это неизбежная реальность нынешней России, которая находится в состоянии военного конфликта?

- Я думаю, что наши друзья из спецслужб рассказали бы, какое количество терактов на самом деле замышляется и сколько они предотвращают. Мы знаем, например, о Владимире Соловьёве. Но я уверен, что участники «Крымской весны», донбасской войны, СВО находятся в зоне риска. В зоне риска офицеры, военкоры. Конечно же, ищут Сашу Коца, Женю Поддубного, Семёна Пегова, Диму Стешина. Я не сомневаюсь, что им звонят на личные телефоны, угрожают.

В зоне риска много людей, которые сейчас в Донецке, Луганске, на передовой. Но и в те времена, когда боевая деятельность была не такой насыщенной, как сейчас, значимых людей непрестанно искали. С 2014 года кто-то пропадал, кого-то находили убитыми. Как работали киевские спецслужбы в Донбассе до 2022-го, так они теперь работают на территории России. Это их метод. Таким образом они пытаются компенсировать боевое, военное, этническое, национальное унижение: вот нам обидно, и сейчас мы кого-нибудь убьём.

«История вообще вещь кровавая»

- В последние дни внимание всего мира приковано к Ближнему Востоку, всех поражает жестокость с обеих сторон. Но ненависть между евреями и арабами имеет глубокие корни. А почему украинцы, с которыми мы когда-то были почти как сиамские близнецы, пришли к лютой ненависти к нам? Для этого имелись предпосылки в наших отношениях изначально? Или при желании любой народ можно превратить в русофоба, а из Украины сделали «анти-Россию» именно потому, что это наш ближайший сосед и с его помощью хотели ослабить и РФ, и славянское братство?

- Последнее заключение самое правильное. Конечно, зёрна вражды есть всегда в любом народе. Они либо всходят, либо нет. Но можно взять любой этнос, любой народ, любую нацию и в течение года, двух, трёх, четырёх, пяти накрутить до необычайных степеней. Можно привести к восстанию даже этносы, живущие на территории России. Мордву, чувашей, чукчей, чеченцев, с которыми мы воевали очень жёстко. А если включить телевизионные, радийные и прочие медийные источники и зарядить лидеров общественного мнения, так называемых ЛОМов, которые будут с утра до вечера подсовывать людям фотографии и говорить о русских: «Смотрите - повесили, смотрите - убили, смотрите - расчленили», - любой человек (через зрение, слух) начнёт насыщаться русофобией.

Ольга ВАНДЫШЕВА. 

Источник: business-gazeta.ru

(Продолжение следует).