Офицеры досрочно...

4 Декабрь 2023 1942
Мемориал у села Ярополец.
Мемориал у села Ярополец. Фото из открытого источника.

«Пять лучей у звезды, пять надежд, пять атак,/ Что сплетаются в небе бездонном./ И в парадном строю, мы стояли когда,/ Солнце слепло от звёзд на погонах./ И по плацу потом, шаг чеканя, прошли,/ Потакая завистливым взглядам./ Зная точно, что в звёздах мы путь свой нашли,/ И иного пути нам не надо». Строки Александра Першко-Балева о мужчинах, выбравших защиту Родины. Парадный строй, плац, звёзды на погонах, «слепящие» солнце, - выпуск военного училища, 4 года жизни и службы, ради первых звёзд, лейтенантских. Чтобы жить и служить дальше, как мечтается, до генеральских звёзд, маршальских… 80 лет назад, в битве с фашизмом, ребята из военных училищ погибали, даже не получив заветных лейтенантских кубиков на петлицах, у моряков - звёздочки с полосой на нарукавной нашивке (знаки различия до 1943-го, введения звёздных погон). В 1941-м офицерами ребята становились на поле боя, погибая. Лишь несколько эпизодов этих дней 82-летней давности.

Отступать некуда!

На войне важно любое сражение на пути к победе, но, быть может, главное происходило под Москвой, с последнего дня сентября 1941-го до середины апреля 1942-го, когда угроза была снята. «Удержим столицу - удержим страну», говорили все и с тревогой ждали сообщений Совинформбюро. Ждали везде - в тылу, на фронте, в блокадном Ленинграде, осаждённых Сталинграде и Севастополе, в оставленных Киеве, Минске, Одессе, Риге, Симферополе, в городах и сёлах… В каждом уголке, где жители замирали перед репродукторами, вслушиваясь в голос Юрия Борисовича Левитана; где сводки украдкой принимали подпольщики и партизаны, чтобы листовками размножить. Удержим! Ведь, несмотря на опасность, вождь, верховный главнокомандующий Иосиф Виссарионович Сталин, в Москве, 7 ноября парад в честь Великой Октябрьской революции был, и бомбы зажигательные москвичи на крышах тушат, отряды противовоздушной обороны работают…

Удержим! И победим! В 27 километрах от Москвы бойцы Западного (Ивана Степановича Конева, с октября - Георгия Константиновича Жукова), Резервного (Семёна Михайловича Будённого, с октября - часть фронта Георгия Жукова), Брянского (Андрея Ивановича Ерёменко, позже - Георгия Фёдоровича Захарова, Якова Тимофеевича Черевиченко) и Калининского (с октября - Ивана Конева) фронтов смогли остановить врага, превосходящего по числу и оружию. И узнала страна, что 5 декабря 1941-го началось контрнаступ­ление. Калининский фронт, Калининская (Тверская) наступательная операция, на следующий день - Западный, Тульская наступательная, и Юго-Западный (командующие Семён Константинович Тимошенко, Фёдор Яковлевич Костенко), Елецкая наступательная. За первую половину декабря возвращены стране Истра, Солнечногорск, Клин, за вторую - Калинин, Волоколамск, Старица, Нарофоминск, Малоярославец, Боровск, Калуга, Сухиничи - более 11 тысяч населённых пунктов; подошли к Ржеву, заняли плацдармы к наступлению на Вязьму… Первая крупная победа! Но в новом, 1942-м, увы, не удалось, Ржев и Вязьма стали болью страны, и Харьковский котёл, и Севастополь, Керчь и Феодосия, где в декабре 1941-го был удачный десант… Москву, Подмосковье держали, с огромными потерями - помнили: «Отступать некуда!».

«Отступать некуда - позади Москва!». То, чем «дышала» страна, сказал ротный политрук Василий Георгиевич Клочков. 4-й роты Павла Михайловича Гундиловича, 1075-го стрелкового полка Ильи Васильевича Капрова, 316-й стрелковой дивизии Ивана Васильевича Панфилова (после его гибели 8-я Краснознамённая гвардейская имени Ивана Панфилова, комдив Василий Андреевич Ревякин), комиссары Сергей Александрович Егоров, Андрей Петрович Погорелов 16-й армии Константина Константиновича Рокоссовского, замкомандующего Фёдор Дмит­риевич Захаров. У разъезда Дубосеково под Волоколамском 16 ноября 1941-го рота несколько часов сдерживала вражеские танки. И бойцы 354-й стрелковой Дмитрия Фёдоровича Алексеева, комиссара Василия Ивановича Белобородова и 78-й стрелковой Афанасия Павлантьевича Белобородова, комиссара Михаила Васильевича Боронникова, дивизий сдерживали. Страна держалась в Подмосковье, в 8 областях округи. Под Зеленоградом, деревнями Крюково, Матушкино, Савелки, Большие Ржавки, оттуда Неизвестный солдат, в 1966-м, когда останки его переносили в Александровский сад Кремля, гроб рядового нёс маршал Константин Рокоссовский - не мог иначе, боец его армии, не сдавшей Москву. Не сдали её и ребята, мечтавшие стать офицерами - курсанты и их командиры. У ребят не было ещё кубиков в петлицах, не знали о звёздах на погонах, им солнце светило, а земля, снега вокруг становились алыми от крови.

Первыми на защиту

На оборону Москвы подняли курсантов местных военных училищ. Они мечтали стать офицерами, но… В начале октября большая часть наших войск - в окружении, фашисты прорвались к Варшавскому шоссе, заняли Юхнов в Калужской области, до столицы - 198 километров. И общий сбор прозвучал для курсантов - неделю продержаться до подхода резервов. Держались дольше.

Курсанты-кремлёвцы, у которых, единственных в стране, выпускной на Красной площади, оборону держали на Волоколамском направлении. 6 октября 1941-го приказом Ставки верховного главнокомандования сформирован отдельный Кремлёвский полк, десять рот - 130 красноармейцев, 112 офицеров и 1330 курсантов Московского высшего военно-командного училища. Командир Семён Иванович Младенцев, Герой Советского Союза за бои с белофиннами, комиссар - Александр Емельянович Славкин. Ночной марш-бросок - 85 километров, от озера Снежского к Волоколамску, чтобы с утра строить оборонительные рубежи. И первый бой на реки Лама у деревни Гусево спустя пять дней в составе 16-й армии - с фашистскими танками. По пять атак в день отбивали, ночные вылазки в тыл врага, мужество, прорыв из окружения в конце месяца и новый рубеж у сёл Харланиха - Поповкино. Полк расформировали в середине декабря - задачу выполнил сполна, 811 ребят навсегда под Москвой остались, лишь в селе Ярополец около полутысячи в братской могиле покоится, и 200 красноармейцев там. 158 курсантов и оставшиеся преподаватели вернулись в училище, теорию спешно осваивать, а 361 старшекурсник, получив лейтенантские «кубари», - в части. Вновь на передовую.

Ильинский укрепрайон вдоль Варшавского шоссе у Малоярославца - такие же ребята, мечтавшие об офицерской доле, курсанты Подольского стрелково-пулемётного (с августа - пехотного) училища, начальник Василий Андреевич Смирнов. К началу октября в училище 1458 первокурсников и 633 второкурсника, ребята 3-го и 4-го досрочно лейтенантами командирами взводов на фронты отправлены. Те чуть больше двух тысяч курсантов приняли бой 6 октября. Рядом - около полутора тысяч курсантов Подольского артиллерийского училища, начальник Иван Семёнович Стрельбицкий. Дмитрий Васильевич Панков, комиссар Южной группы подольских курсантов вспоминал: «К Юхнову 5 октября на 24 автомашинах выдвинут передовой отряд под командованием старшего лейтенанта Л. Мамчича (Леонида Акимовича. - Ред.) и политрука Я. Киселёва (Якова Павловича). В его составе сводный дивизион артиллерийского училища во главе с капитаном Я. Россиковым (Яков Серафимович, погиб 12 октября) и старшим политруком М. Постновым (Михаил Максимович, погиб 7 октября). Утром 6 октября курсанты-подольцы вошли в подчинение командира авиадесантников И. Старчака (Иван Георгиевич), столкнулись с врагом на реке Изверь, у деревни Воронки, и отбросили его к реке Угре. Результатом героических усилий отряда было то, что фашистам понадобилось 5 дней, чтобы пройти 25 километров по шоссе до переднего края Ильинского сектора Малоярославецкого боевого участка Можайской линии обороны. К этому времени его уже заняли главные силы курсантов». Один эпизод: фашисты пленили израненного, с перебитыми ногами курсанта, увы, имя его не знаем - только фамилия, Бойко-Шур. Он под 16 номером в списке захороненных у деревни Васисово Калужской области - 158 подольских курсантов в братской могиле. Гитлеровцы призывали его товарищей сдаться, тогда окажут помощь истекающему кровью парню. А он, собрав последние силы, крикнул: «Ребята, бейте гадов!». И смолк, прошитый фашистской автоматной очередью…

По докладу Василия Смирнова, начальника Ильинского укрепрайона (Иван Стрельбицкий - помощник по артиллерии), на 12-й день обороны осталось два батальона сводного отряда курсантов, каждый численностью 120-150 человек - «люди исключительно переутомлены». Он просит досрочно присвоить оставшимся звания лейтенантов, чтобы «могли вести бой не рядовыми, а командирами». На 13 октября в сводном отряде курсантов артиллерийского и пехотного училищ - 334 бойца, вооружение - 336 винтовок, 3 ручных пулемёта, 3 исправных орудия калибром 45 и 76 миллимет­ров, 260 снарядов… И выход из окружения, оставшиеся курсанты и преподаватели артиллерийского эвакуированы в Узбекскую ССР, пехотного - отправили в Ивановскую область на формирование Шуйского училища.

Большинство курсантов так и числится неизвестными, пропавшими без вести - их тела оставались на поле боя до декаб­ря, до контрнаступления, когда начались захоронения. И как в песне недавно, увы, ушедшего из жизни Николая Николаевича Добронравова: «На равнинах снежных юные курсанты./ Началось бессмертье./ Жизнь оборвалась»… О курсантах, чьи первые и, увы, зачастую последние бои были на Дону и под Севастополем, в завтрашнем выпуске рубрики.

Наталья БОЯРИНЦЕВА.