«В Крыму голодных нет»

2 Октябрь 2019 1050
Дмитрий Потанин.
Дмитрий Потанин.

Когда на Украине перекрыли Северо-Крымский канал, многие ждали, что жители полуострова начнут умирать от голода и попросятся назад. Но этого не произошло. Более того, с каждым годом увеличивается площадь орошаемых земель. Министр сельского хозяйства Андрей Рюмшин заявил, что земель сельхозназначения будет ещё больше. И главное, для этого нужна вода. Где её взять? Этот и другие вопросы мы задали Дмитрию Валерьевичу ПОТАНИНУ, доценту кафедры плодоводства и виноградарства Академии биоресурсов и природопользования КФУ имени В. И. Вернадского.

- Министр сельского хозяйства Крыма подчеркнул, что мы занимаем 3 место в стране по площади виноградников и валовому сбору винограда, 11 место - по площади плодово-ягодных насаждений и 6 место - по валовому сбору плодов и ягод. И это не предел. Нам действительно есть, куда расти? Хватит воды полуострову?
- Нужно вспомнить, как было раньше. Если говорить о многолетних насаждениях, то в Крыму более 400 тысяч гектаров были орошаемыми. На них выращивались зерновые, кормовые культуры, овощи. Всё поливалось очень хорошо, нас обеспечивал Северо-Крымский канал. По паспорту к нам должно было поступать и поступало 2,1-2,4 миллиарда кубических метров воды. Если принять во внимание, что это было почти 80% всех водных ресурсов, понятно, что после отключения канала на сельское хозяйство начали выделять воду по остаточному принципу. После возвращения в Россию у нас осталось около 13 тысяч гектаров плодовых и виноградных насаждений. И это связано в первую очередь с тем, что при Украине также сокращались площади сельхозземель. Но то, что есть сейчас, орошается. К сожалению, мы не смогли сохранить производство риса. Если бы сейчас у нас была вода, даже Краснодарский край не смог бы с нами конкурировать по производству и качеству риса. Это совершенно точно.
- То есть можно говорить о том, что площади орошаемых земель сократились, но ситуация поправима?
- Конечно. Сельское хозяйство активно перестраивается, и государство помогает этому процессу. Суходольное и богарное земледелие без орошения сейчас очень востребованы. Существует много программ, которые позволяют фермерам перестраиваться, учиться новому. Мы вполне могли бы орошать 200 тысяч гектаров земель. И для этого в первую очередь нам нужно рациональное водопользование. Например, можно применять сточные воды, которые очищаются, а потом используются как техническая вода. Но есть небольшая проблема. Такой вариант подходит по микробиологическому составу, но в нём есть определённое содержание хлора. И некоторые культуры вовсе его не переносят. Это паслёновые, картофель, виноград. Также обсуждается вариант использования воды после опреснения из моря. Но тут на первом месте - вопрос энергетических затрат, насколько это рационально. И всё же нужно учитывать все варианты.
К примеру, лучшие предприятия в Крыму дают 35-40 тонн плодов с гектара чистой площади насаждений. А Кабардино-Балкария, её лучшие предприятия, даёт 60 тонн плодов яблок с того же гектара. Технологии их и наши почти не отличаются. Но нам сложнее, потому что у нас могут быть сложности с почвой, климатом и другие факторы.
Учитывайте, что в континентальной части России вода стоит дёшево. Там есть достаточное количество водных ресурсов. Но у нас всё сложнее. Вода приравнивается, по сути, к питьевой. Не всякий фермер может заплатить 30-40 рублей за 1 куб. м воды. Фактически фермеры вынуждены поливать земли питьевой водой, а жители сёл также - огороды. Сельское хозяйство потребляет много влаги. На один гектар сада нужно выливать 1,4-2,5 тысячи кубических метров воды, чтобы был хороший урожай. А сколько людей можно напоить этой водой? Это непростой вопрос.
- Как мы ещё можем получать воду? Откуда?
- Есть и другие варианты. Например, многие бурят скважины, в том числе и артезианские. Но вода идёт оттуда жёсткая, для растений это очень плохо. Конечно, это решаемо за счёт современных технологий и химии, можно подготовить и такую воду. Но мы выкачиваем воду из артезианских источников, а это - не лучшее решение. Не хочется пугать людей, но такой способ решает проблемы сельского хозяйства сейчас, в перспективе создавая сложности для обычных жителей Крыма.
Намного более разумное и не такое опасное решение - развитие сетей водонакопителей. Это актуально в межполивной период, когда потребность в воде ниже, зимой, например. Современная технология позволяет быстро создать сеть таких накопителей без проблем для экологии. Геомембрана сейчас применяется. Выкапывается ров, снимается гумусовый горизонт, чтобы потом можно было восстановить эти участки при необходимости. Укладывается геомембрана и заливается вода. И можно вспомнить те технологии, которые использовались до Северо-Крымского канала для богарного земледелия. Например, очень ценились наши суходольные томаты, о чём мало кто сейчас помнит. Также можно использовать агроволокно, которое минимизирует испарение влаги с почвы. Кроме того, мы на базе КФУ отрабатываем технологии, которые позволят повысить урожайность даже в сложных условиях.
- Можно ли говорить о том, что необходим комплексный подход?
- Да, только такой и возможен. Он должен касаться того, чтобы переходить на засухо­устойчивые породы, на богарное сельское хозяйство. Мы должны подбирать современные сорта, которые увеличивают урожайность. Но учитывайте, что мы можем лишь рекомендовать, а не принуждать. У государства нет рычагов давления. Мы не можем сказать фермеру: ты должен посадить фундук или ты можешь выращивать яблоню на нормальном уровне орошения, незачем выращивать пшеницу. Но он скажет, что посчитал, что ему пшеница выгоднее. И никто не имеет права воздействовать на него. Заставить мы не можем. Но вот пример из Красногвардейского района. Одна из компаний посадила сады, их нужно орошать, вода берётся из артезианских скважин. Но в итоге это выгодно компании, а в перспективе может быть опасно для людей. Нельзя забирать такое количество воды из-под земли, это не проходит бесследно.
- Создаётся ощущение, что проблема не решается комплексно, не видны масштабные меры. Так ли это?
- Нет. Может быть, обычному жителю Крыма не видно, но перемены внушительные. Выделяются субсидии на строительство мелиоративных сооружений, ремонт старых оросительных систем. Многое восстанавливается. Работа проводится очень большая со стороны Министерства сельского хозяйства. Причём мы к ним не относимся, это объективный факт, оценка со стороны.
Вот ещё пример. От Симферополя до Красногвардейского района идёт закрытая водосистема - Салгирка. Когда включили Северо-Крымский канал, Салгирка почти перестала нормально работать, были перекрыты вентили, трубы сгнили. Когда мы перешли в Россию, Салгирку интенсивно начали восстанавливать. Работа ведётся. Может быть, население её не видит, но те, кто работает в сельском хозяйстве, точно видят. В разных районах Крыма восстанавливают водонакопители. Когда вы летите на самолёте, то замечаете, как они отблёскивают, их стало намного больше.
Сейчас у нас 13 тысяч гектаров орошаемых земель, но в перспективе - 250 тысяч.
И это прекрасно: нам есть, куда расти. Хотелось бы, конечно, чтобы мы ночью уснули, утром проснулись, а уже всё есть. Но нам нужно много трудиться, работать, находить решения, и тогда всё получится. Главное, что у нас в Крыму голодных нет. И с каждым годом мы наращиваем объёмы производства зерна. И это не манна небесная упала с небес. Это титаническая работа сельхозпроизводителей, Министерства сельского хозяйства, очень многих людей.

Кстати

Сейчас воду для жителей севера Крыма поставляют из артезианских источников. Для решения проблемы предлагалось построить опреснительную станцию, но проект пока не реализуется из-за его высокой стоимости (около 50 млрд. рублей) и отсутствия инвестора. Власти Крыма остановились на варианте с переброской пресной воды из Тайганского водохранилища.

Валентина ВАСИЛЬЕВА.