Павел Капитонов: Родным театром для меня стал «Ленком»

14 Февраль 2018 206

- Сценой грезили с раннего детства, Павел?

- Не то, чтобы грезил… Куда было деваться, если родился, можно сказать, в театре: из роддома - в стены общежития во дворе театра, которое было на месте нынешней Малой сцены. Рассказывают, что я спал в тазике, потому что в крохотной комнатке некуда было поставить кроватку.
В пять лет вышел на сцену в спектакле «Да здравствует королева, виват!». Помню, как на репетиции Анатолий Григорьевич Новиков вскакивал на трон, показывал, как я это должен делать, напутствовал: «Отпускай себя, не стесняйся».

- Первый учитель - Анатолий Новиков?

- Практически, да. Усвоив его уроки, с детского сада на все праздники читал стихи, пел песни. Занимался в театральной студии во Дворце пионеров, потом во Дворце профсоюзов у Андрея Бачурина. Пел в хоре «Крымские мальчишки». Такая вот творческая жизнь с младых ногтей, что называется.

- Почему выбрали Школу-студию МХАТ?

- Да, можно сказать, я и не выбирал, как-то так само собой получилось. Я тогда не знал, чем ГИТИС, Щукинское, МХАТовское и Щепикинское училища друг от друга отличаются. Это уже потом понял, понаблюдав за старшим поколением.

- Родители принимали участие в поступлении?

- Косвенное. В Москву на экзамены поехал с мамой, она у меня учительница. Папа заехал на несколько дней с гастролей. Вместе ходили к Александру Александровичу Голобородько. До переезда в Москву дядя Саша, как я его называю, одиннадцать лет проработал в Крымском русском театре вместе с моим отцом. Дядя Саша давал мне дельные советы, что читать на прослушивании, как себя вести. В ГИТИСе прошёл на второй тур, но, оказалось, что не отслуживших в армии не берут. То же самое было в Щукинском при театре имени Вахтангова. В Школе-студии МХАТ я поступил на курс Калягина. Но через год пришла повестка из военкомата. Калягин со мной обивал пороги кабинетов, пытаясь добиться отсрочки. Когда он заходил к очередному начальнику, меня в коридоре спрашивали: «Это ваш папа»? Походы эти ничего не дали: всюду отвечали, что надо было раньше шевелиться. Отслужив год в войсках ПВО, а потом ещё год в Театре Советской Армии, вернулся уже на другой курс - Ивана Михайловича Тарханова, сына знаменитого актёра, режиссёра.

- С Калягиным жалко было расставаться?

- Не то слово! Воспринял это, как трагедию. У нас на курсе была между всеми взаимная любовь. На каждом курсе есть поднаторевшие в капустниках, а у нас их делали все. Самыми заводными были Юля Меньшова, Равиль Исьянов, Саша Стриженов. С Сашей и с Юлей я в армии переписывался.

- В студенчестве играли в каком-нибудь театре?

 - Это не приветствовалось. Да и в институте дел хватало: три дипломных спектакля, главные роли. А вот одна киносъёмка была - в последней серии фильма «Следствие ведут знатоки» играл сразу две роли - милиционера и бандита.

- Учёба закончилась в сложный 92-й год… Полный развал всего и вся в стране. Трудно было устроиться?

- Очень! Благодаря Тарханову ходили на просмотры в «Современник» к Галине Волчек, в «Сатирикон» к Константину Райкину, во МХАТ к Олегу Ефремову. Смотреть смотрели, а брать не брали, объясняя трудностями времени. Из 29 однокурсников кое-как пристроились только семь. Среди них Алёна Хмельницкая, которая к выпуску уже играла Кончиту в «Юноне и Авось» «Ленкома». Меня взяли в театр Советской Армии. А потом попал на прослушивание в «Ленком». Там выпускали «Женитьбу Фигаро», и нужны были танцующие артисты, а я как раз из них. Марк Захаров в труппу зачислил. Я наивно решил, что буду сразу на двух сценах работать. Но в «Ленкоме» пришлось чуть ли не круглосуточно репетировать, и настал момент выбора. Из Театра Советской Армии ушёл, отыграв в двух спектаклях. В «Ленкоме» меня сразу ввели в «Поминальную молитву» и в «Юнону и Авось».

- Успели с Караченцовым поиграть до трагедии с ним?

- Четырнадцать лет вместе играли. Он главную роль, я - офицера-переводчика, которого вот уже 25 лет играю. При мне на роль Рязанова вводились Витя Раков, потом Дима Певцов.

- Как вы думаете, в чём успех этого спектакля? Меняются поколения актёров, а зрителей не убавляется, молодёжь ходит.

- Спектакль сохранился во многом благодаря Диме Певцову. Если бы он побоялся взять эту роль, спектакля бы не было. А противники его ввода были. Сравнивать их с Николаем Петровичем нельзя. Караченцов «рожал» этот спектакль, каждый раз привносил в него что-то новое. Дима нашёл свои подходы, петь научился. По себе знаю, как это тяжело - вводиться в спектакль-легенду. Успех, думаю, связан с тем, что изначально это была новая театральная форма. А то, что меняются актёры… Зрители ведь тоже меняются. А Марк Анатольевич Захаров, кроме всех прочих достоинств, умеет создать такую структуру, которая вне зависимости, чуть лучше или чуть хуже актёр, сохраняет очень качественный сценический «продукт», как теперь принято говорить.

- Столичная публика от провинциальной отличается, и я не раз замечала, в разные годы, что в зале на «Юноне и Авось» много москвичей. Значит, и у них интерес не падает. Это тоже показатель успеха. В зале молодёжи больше или людей постарше? Как принимают спектакль на гастролях?

- По-разному. Когда мы впервые привезли «Юнону и Авось» в Израиль, ползала было молодёжи, ползала взрослых. Кто в советские времена посмотрел в Москве, привёл своих детей. Такого рыдания я больше никогда не слышал. Зал был буквально залит слезами. Запомнилась пуб­лика в Екатеринбурге. Началась «Аллилуя любви» - встала одна девушка, за ней ещё несколько, зал не сразу, но поднялся волной, и нам передалось это состояние катарсиса.

- Интерес к роли не падает с годами?

- Умудряюсь находить что-то новое для себя. Понятно, что постоянно в кураже быть не можешь, но на то и профессионал, чтобы планку не опускать.

- Кино не перетянуло?

- Нет, я остаюсь театральным актёром. Сниматься начал активно с 2008 года. Это был боевик «Ловушка». Сейчас наберётся десятка два сериалов. Мне это интересно - новые люди, новые отношения, новый опыт, необычные ситуации, Но работа в репертуарном театре не позволяет вольно распоряжаться своим временем, а «Ленком» всегда отличался жёсткой дисциплиной.

- В студенчестве вы стажировались в Америке. Что это дало?

- Меня всегда привлекал музыкальный театр, которого у нас тогда не было. Учился там вокалу, степу. Но я в их мюзиклах разочаровался: слишком «техническое» искусство. А мне в театре нужны эмоции. В студенческие годы ходил на каждую «Поминальную молитву». Весь первый акт безудержно смеялся, а во время второго рыдал со всеми вместе. Это и есть для меня театр. Конечно, каждый вид театрального искусства имеет право на существование. Мне нравятся иногда ассоциативные спектакли, психоделические - «проявляющие разум», «расширяющие сознание», по терминологии британского психиатра Хамфри Осмонда. Согласен с Вольтером: «Все жанры искусства хороши, кроме скучных».

- Никогда не думали, что бы стали делать, не попав ни в один московский театр?

- Думал. В тот момент, когда устраивался. И был спокоен: у меня есть «запасной аэродром» - Крымский русский театр. Был уверен, что меня возьмут. Не знаю, как бы сложилась судьба, если бы приехал сюда. Мой отец играл на симферопольской сцене больше сорока лет, получил звание заслуженного артиста УССР, за роль Рябинина в спектакле «Они были актёрами» стал лауреатом Государственной премии СССР. С 1999 года служит в Российском государственном академическом театре драмы имени Пушкина в Санкт-Петербурге. И он помнит коллег, и его здесь помнят. Значит, годы не прошли даром. Наверное, и я бы на родине прижился. Главное - не где работать, а как. Все ведь не могут служить в Большом театре. Повезло, что я попал в «Ленком». Это мой театр. Живой. В котором можно импровизировать, раскрываться. Марк Анатольевич - режиссёр-педагог, который всегда знает, чего он хочет от артиста, передаёт ему свои знания и умения. И актёры профессионально растут. Наверное, и в этом ответ на ваш вопрос о популярности «Юноны и Авось».

Досье

Известный российский актёр театра и кино Павел Капитонов родился в Симферополе 6 февраля 1969 года в семье артиста и учительницы. В 1992 году окончил школу-студию МХАТ и был принят в труппу Московского театра «Ленком». Среди спектаклей, в которых играет, знаменитые «Юнона и Авось», «Безумный день, или Женитьба Фигаро», «Поминальная молитва», «Тартюф», «Пролетая над гнездом кукушки». Занят в фильмах и сериалах «Обручальное кольцо», «Пётр Лещенко», «Зорге», «Мама-детектив», «Земский доктор. Возвращение», «Метод Фрейда», «Дом образцового содержания»,
«В зоне риска», «Метод Лавровой», «Монтекристо», «Цыганочка с выходом». Дебютировал в пять лет на сцене Крымского русского театра имени М. Горького, на которой тогда играл его отец Евгений Капитонов.
Отдыху за границей Павел Евгеньевич предпочитает посещение малой родины. В Крыму живут его многочисленные родственники, среди которых известный мастер по металлу, заслуженный художник РК Сергей Капитонов.

Людмила ОБУХОВСКАЯ.